Магия и кровь

Это говорит не Роуэн-матриарх, а та, другая Роуэн. Та, которая все знает. Та, которая преподносит тебе жалкие крохи, а потом делает так, что ты умоляешь о добавке.

Она знает какую-то тайну, и ее так и подмывает ее выболтать.

Нет, я в эту ловушку не попадусь.

– По-моему, о драме нет и речи, просто мы иногда не можем договориться.

В смысле, бабушка с Йоханом вечно бодаются, но в целом мы как-то ладим.

– Конечно, ты права. – На лице Роуэн расцветает широкая, умиротворяющая улыбка. Так улыбаются ребенку, который еще многого не понимает.

О каких таких драмах она говорит? Ладно, мне лучше об этом не думать, у меня и без того хлопот полон рот – одно Призвание чего стоит. Так что нечего слушать сплетни Роуэн Вонг. И все же… Ее сплетни – это не досужие домыслы, это всегда факты.

– Что-то случилось?

– Ну, мне бы не хотелось распространять слухи…

Я силой воли заставляю себя не закатывать глаза.

– Еще бы.

– Очень обидно, что три ваших матриарха так старались, чтобы создать общину, а потом произошел весь этот кошмар.

Нельзя безоглядно всем доверять, особенно людям со стороны. – Роуэн машет кому-то у меня за спиной. – А вот и твоя бабушка.

Да чтоб меня хакнуло. Вот почему никогда нельзя вестись на слова Роуэн. Она закинет тебе в голову наживку, а потом выдернет, и тебе придется мучиться и из кожи вон лезть, лишь бы выжать из нее еще хоть словечко.

О чем это она? Какие три матриарха? Это она про сообщество чернокожих колдунов? Наверняка. Она же сказала «ваши». Но у нас пять матриархов, а не три – Томас, Дэвис, Джеймс, Картер и Бейли.

Может быть, она имеет в виду трех сильнейших? Тогда, конечно, в самом верху списка стоят Эйприл-Мэй, матриарх Дэвисов, и бабушка, а остальные, так сказать, всегда держались на заднем плане. Может, Роуэн говорит о Картерах и их матриархе? Но в какой такой драме они участвовали все втроем?

Матриархи наделены огромной властью. Если они возьмутся за дело всерьез, им вполне по силам создать раскол между семьями, который я замечаю.

Но я никогда ни о чем таком не слышала, и вообще, по-моему, такого не скроешь, даже если взрослым зачем-то понадобится изображать, будто в нашей общине никто ни на кого не держит зла.

И это я еще не учитываю неведомых предателей со стороны, о которых упоминает Роуэн.

Бабушка усаживается и смотрит сначала на меня, а потом на матриарха Вонгов. Роуэн вся сияет – сплошная невинность. Я никак не могу изогнуть губы так, чтобы сложилось впечатление, будто все нормально.