Товарищ Миша

Лётчик с трудом держался, чтобы не потерять сознание.

– Крови много потерял, – пробормотал лейтенант и отключился.

Мишка только затылок почесал. И что теперь с ним делать?

Оглянувшись по сторонам, остановил взгляд на грузовике. Пошарив в кузове, обнаружил кусок брезента. Радостно перевалив лётчика на импровизированные носилки, Мишка потянул волокуши в лес. Через несколько метров его осенило. И точно, за ними оставался очень приметный след. Почесав затылок, Мишка пришёл к однозначному решению. Взвалил лётчика к себе на спину и на сгибающихся от тяжести ногах донёс до небольшой полянки.

Передохнул чуток и вернулся обратно, собрал, по его мнению, всё необходимое имущество в брезент и взвалил себе на спину. Меняя ношу, Мишка вышел к болоту. Место показалось вполне подходящим для оборудования стоянки.

Тяжеловато городскому жителю двадцать первого века сооружать шалаш, если он никогда его не строил. Возился долго. Особенно сложным оказалась работа топором. Заостряя колья, чуть не рассёк ногу.

– Не приходилось работать топором? – услышал Мишка слабый голос лётчика.

– Так получилось. Городской я.

– Топорище перехвати поближе к топору. Вот, проще ведь?

– Угу, – буркнул Мишка. – Тебе надо раны обработать и перевязать.

– Умеешь?

– Не приходилось, – ответил Мишка со вздохом.

– Странный ты какой-то. Ничего не умеешь, брюшко висит. Ты откуда такой взялся?

– Из хозвзвода. Помощник повара. Только готовить я не умею, – Мишка покраснел до такой степени, что лётчик больше ничего не стал у него спрашивать.

После долгого пыхтения, неудачных попыток и элементарных ошибок, Мишка, прислушиваясь к советам лейтенанта, всё-таки сооруди нечто наподобие шалаша. Брезент пришёлся кстати, прикрыл необычное сооружение, возведённое руками городского жителя из будущего.

– Медсестру бы сюда, – пробурчал лётчик, оглядывая раны на ногах.

– Зачем тебе баба, если ты ранен? – спросил, забывшись, Мишка.

– Слушай, боец, за языком следи. Медсестра бы уже раны прочистила, забинтовала.

– К своим выйдем тогда…

– Фронт далеко. А раны могут загноиться и гангрена. И отлетался тогда доблестный сталинский сокол Миша Воронин.

– Так тебя тоже Миша зовут? – удивился Пананин, ведь ему в мыслях не пришло спросить имя у лейтенанта.

– И ты, Миша? Тёзки, значит. Еда-то у тебя, тёзка, есть?

Мишка молча подтащил вещмешок и поставил рядом с лейтенантом. Поищи там. Это с грузовика забрал. И у меня в вещмешке шмат сала есть. Вот ножик.