Маски

Ясуко была совершенно очаровательна, блистала не только красотой, но и острым умом, и все же Ибуки ясно видел, что ее жизнелюбие целиком и полностью зависит от безмятежного спокойствия Миэко, восседавшей на всех собраниях немного в сторонке, молчаливо и неподвижно, словно статуя Будды.

Как бы то ни было, Микамэ очень обрадовался, услышав, что Ясуко и Миэко тоже в Киото.

– Они в «Павильоне камелий» на улице Фуя, – ответил Ибуки. – Сегодня днем Миэко запланировала визит к Ёрихито Якусидзи, владельцу театра Но.

– Правда? И давно она его знает?

– Кажется, одна из дочерей Якусидзи – ее ученица. Сокровищницу открыли для ежегодного осеннего проветривания. Говорят, некоторым костюмам лет триста, а то и больше. Хочешь с нами?

– Ну, театральные костюмы и маски – не совсем то, на что я сегодня рассчитывал, однако, с другой стороны, будет приятно повидаться с Миэко и Ясуко. Я сюда всего на минутку заглянул, потом думал сходить в медицинскую школу, навестить одного моего приятеля.

– На твоем месте я бы не стал забивать себе голову подобной чепухой. В любом случае, почему бы тебе не посидеть здесь и не подождать Ясуко? Она примерно через полчаса должна появиться.

– Через полчаса! Чего же ты тогда так рано пришел?

Ибуки промолчал.

– В последний раз мы виделись на сеансе, помнишь? – внезапно сменил он тему спустя пару минут.

– Да, точно, на сеансе. Где-то в середине прошлого месяца, если я не ошибаюсь?

– Семнадцатого. Ясуко сказала, что Акио тоже семнадцатого числа погиб, вот я и запомнил.

– Странная штука, сеанс этот… Если спирит и пытался обвести нас вокруг пальца, то ему это удалось. Никто даже не заподозрил подвоха.

– У Саэки у самого памятная дата была, так ведь?

Человек, о котором шла речь, являлся профессором прикладных наук и свято верил в силу «Сутры Лотоса».

Он надеялся, что не за горами тот день, когда наука заключит мир с религией, был предан спиритизму и устраивал в своей конторе сеансы. Миэко в тот раз не пошла, но Ясуко, Ибуки и Микамэ решили поучаствовать.

Медиумом оказалась одетая в черный костюм женщина лет тридцати. Говорили, она выросла в Маньчжурии, пропиталась деревенским духом и, несмотря на свою худобу, обладает весьма крепким здоровьем.