Маяк Свана

Он вскинул на Мари взгляд, когда та вошла, и снова принялся что-то печатать на компьютере. Она двинулась вдоль полок, перебирая носки и перчатки. Тренькнул телефон – пришла эсэмэска от Тима: «Закончили с «Вишней». Корпус почти расплющен. Пришлю тебе данные + загляни в отчет Г. Займемся «Урсулой» в среду».

«Передай привет моей героине, – написала в ответ Мари. – Здесь у меня работа на мелководье. Но интересная».

Она выбрала самую теплую куртку из того, что нашла, перекинула ее через локоть, добавила туда же рубашку с длинным рукавом, вязаную шапку и пару перчаток – всё с витрины распродаж.

Прихватила несколько протеиновых батончиков и пузырек сиропа «Эдвил». У морозильной камеры с мороженым она остановилась, потому что телефон опять тренькнул. Тим прислал фотографию экрана гидролокатора с громоздким силуэтом «Урсулы» в центре и написал: «Работа на мелководье – хорошо, интересная – еще лучше. Сделай так, чтобы мы тобой гордились, детка».

Мари фыркнула от смеха и сунула телефон в карман, на этот раз решительно застегнув молнию – мысли о «Калифорнийце» будут ее только отвлекать, а чтобы вернуться к нему поскорее, нужно сосредоточиться на новой работе.

И словно в ответ на эти мысли она вдруг кое-что увидела… Морозильная камера с мороженым стояла у стены, увешанной газетными вырезками и снимками, помятыми и покоробившимися от времени фотокарточками в тонах сепии. Там, на самом верху, под вентиляционным отверстием, висело то, что привлекло ее внимание.

Фотография маяка.

Мари положила вещи, которые несла к кассе, на морозильник и встала на цыпочки, но снимок был слишком высоко.

Тогда она влезла на стеклянную раздвижную крышку морозильника с мороженым и выпрямилась, осторожно балансируя на раздвижных панелях. Ей и сейчас пришлось тянуться вверх, вытягивая шею, но когда она все же рассмотрела фотографию, у нее упало сердце. Она ошиблась. Этот маяк стоял не на скале, а на холме, чей склон полого спускался к морю. «МАЯК ФЭРРИЛЕНД-ХЭД, 1940 г.» гласил текст, отпечатанный под фотографией. Мари вздохнула от разочарования.

– Могу я чем-нибудь помочь? – раздался мужской голос, и она чуть не навернулась с морозильника. Перед ней стоял кассир, скрестив руки на груди и приподняв бровь.

– Привет! – бодро отозвалась Мари, становясь на четвереньки, чтобы слезть с морозильника. – Прошу прощения. Я просто… смотрела.

Мужчина вскинул взгляд темных глаз к потолку, затем снова уставился на нее:

– Смотрели на вентиляцию?

– Э-э… нет. На картинки.