Петля

Схватив девочку за руку, Митя помчался на выход, огибая цветы, кусты и редкие здесь сорняки, алчущие крови и мяса. О том, чтобы разграбить поместье, не стоило даже и думать. Сюда теперь сможет войти разве что рейд. Но артефакт разбит вдребезги и поживиться будет особенно нечем. Кому нужны вершки-корешки? Старуха была небогата и много чудила.

Ребята перевели дух, остановившись далеко за калиткой, уже на другой стороне улицы. Отсюда сад вновь выглядел прекрасным и тихим. Покинуть его границы хищные цветы не могли, иначе бы сожрали весь город.

Чуть успокоившись, Митя пожалел, что артефакт такой мощи утерян. Стоить он должен фантастически дорого. К счастью, злополучную шкурку Веруся таки успела схватить. Свое не отпустит, раз уж взяла.

3

Двухэтажное здание из клинкерного кирпича украшал фасад из потемневшей лепнины и несколько медных горгулий, обгаженных многолетним пометом. Зарешеченные окна-бойницы и высокая, похожая на сторожевую башню, труба придавали дому вид зловещий и мрачный. Скорее крематорий, чем пирожковая, но Шляпнику, похоже, это и нравилось.

Страх, тлен и отчаяние – в социуме на них, своего рода, табу. Именно поэтому их можно неплохо продать. Душа дрожит, но подсознательно устремляется к жути, упиваясь собственным страхом. Она подобна лягушке, завороженной пастью змеи. Гипнотическая власть ужаса висит смертной тенью, которая рано или поздно придет за каждым из нас.

Примерно об этом думалось Мите, когда подходил к пирожковой. Веруся, как обычно, держалась за ним.

Позиция из-за его спины была самой опасной, как в этом убедился покойный крысюк. Девочка не терялась и без своих прежних навыков, но Шляпник страшнее Мальвины, и Митя немного робел.

– Что за «мексиканский тушкан»? – проворчал он, собираясь с духом. Надо быть смелым. «Не верить, не просить, не бояться» – простые, но универсальные истины даже в детском саду.

– А ты откуда знал про Горгону? – Веруся кокетливо улыбнулась ему. Он ведь герой, раз победил такое чудовище.

– Да в голове как-то всплыло…

– Вот и у меня порой также всплывает, – кивнула она.

 – Имена, вещи, модные бренды, которых здесь никогда даже не было!

– Думаешь, мы всё же были за тем старым холстом?

– Не сомневаюсь! Ты наверняка что-то сделал не так!

– Да ведь и не успел ничего толком сделать! – запротестовал Митя. – За тем холстом стояла Матильда!

– Ивановна? – растерялась Веруся. – У меня Дед Мороз… Еще подумала – «как только успел?». А потом всё… Ничего больше не помню.