Забавы деда Матвея. Сборник рассказов, повесть

Думаю, вскрытие подтвердит мое предварительное заключение…

«Судебно-медицинский эксперт, – подумал про седовласого Эдуард Николаевич. – А в гражданской одежде, который пишет, – наверно следователь».

Судмедэксперт попросил у лейтенанта закурить и, бросив еще один взгляд на тело убитого, отошел от него, встав рядом с Эдуардом Николаевичем. В это время майор задавал понятому вопросы, касающиеся его личности.

– Коллега? – доброжелательно улыбнулся судебный медик, услышав место работы Эдуарда Николаевича.

Эдуард помедлил с ответом:

– Не совсем.

Я дело с живыми имею…

– Но ведь и я не всегда с трупами… Верно?

Эдуард Николаевич сглотнул слюну:

– Да, пожалуй что так.

Следователь позвал Эдуарда расписаться в протоколе, освободив его тем самым от дальнейших вопросов словоохотливого эксперта.

– Читайте и распишитесь вот здесь, – ткнул в последний листок протокола следователь.

Эдуард Николаевич начал было читать, но строки сливались, и он, вяло перелистнув страницы, расписался, где указали.

– Я могу идти? – тихо спросил он.

– Пожалуйста, – разрешил следователь и неожиданно посочувствовал: – Что-то вид у вас, Эдуард Николаевич, неважный. Приболели?

– Да… Немного. Кхе-кхе, – притворно кашлянул Эдуард и, неловко повернувшись, пошел, не выбирая дороги, к скверу. По мере удаления от моря шаги его все ускорялись и, наконец, скрывшись от чужих глаз за высоким кустарником, он побежал…

* * *

Поздним вечером в одном из кабинетов уголовного розыска сидели двое местных оперов из убойного отдела и один прикомандированный к ним из милиции другого города.

Старший опер Сизов, скрестив длинные ноги, сидел в кресле, прихлебывал, словно воду, из горлышка бутылки водку и в дополнение нещадно дымил сигаретой. Сидевший напротив него опер Терентьев морщился. Настроение у всех троих было мрачное.

– Третий труп за два месяца, черт побери! И никакой зацепки, – зло сказал между глотками Сизов.

– М-да-а, – задумчиво проговорил Терентьев. – Почерк получается один и тот же.

Разница лишь в том, что первого в море скинули, а следующих двух оставили на том месте, где «мочили». Похоже, мужики, серийный убийца в нашей местности орудует. Короче говоря, маньяк завелся.

Сизов поставил бутылку, смял окурок в морской раковине, приспособленной под пепельницу, и процедил сквозь зубы:

– Попадет, зверюга, когда-нибудь. Все равно проколется на чем-нибудь, гад… Правильно я говорю, Юрка?

Вопрос был к прикомандированному.