Забавы деда Матвея. Сборник рассказов, повесть

Заживо достают нужные органы, замораживают и продают за границу, а остальное – сжигают в крематории… И нет человека.

– Какой кошмар, – с ужасом прошептала Антонина. По выражению ее лица можно было понять, что она поверила и заколебалась.

– Ну, идем? Или на вокзале определяться будем? – потормошил ее Митяй.

– Пошли… – неуверенно сказала Тоня.

Пять минут ушло у них на то, чтобы поднять и разговорить дочь. Семья, связанная из-за поклажи непрерывной цепочкой, колонной потопала к метро. Митяй быстро сориентировался, и они сразу выбрали нужное направление.

Спуск был длинным. Митяй отдохнувшим сошел с эскалатора, держа дочь на руках. Сзади него раздался хлопок, пронзительный вскрик жены и поучительный радиоголос дежурной… Антонина лежала пластом в конце эскалатора, а в метре от нее торчала застрявшая каблуком в стальной ленте белая туфля. Митяй, опустив дочь, поспешил к жене.

– Каблук застрял. В щель попал, зараза, – чуть не плача проговорила она.

Коленки у Антонины были ободраны в кровь, но она, мужественно промокнув их платком, пошла.

Через несколько минут они уже тащились с багажом по брусчатке Красной площади к собору Василия Блаженного. У ворот Митяй, остановившись, кивнул на памятник:

– Знаешь это кто?

Антонина не ответила. Она словно завороженная смотрела на Спасскую башню, стены Кремля и Мавзолей. Усталости на ее лице как не бывало. Митяю пришлось самому ответить на свой вопрос:

– Это Минин с Пожарским. Они народ подняли против поляков…

Антонина рассмотрела со всех сторон памятник и, повернувшись лицом к площади, показала рукой на круглое небольшое сооружение справа:

– А там что, Митя?

Митяй не нашелся что ответить, и возникла пауза…

– Здесь, наверно, царь казни устраивал, – неуверенно сказал он через минуту.

 – Заведут наверх приговоренного, зачитают указ и рубанут башку…

Стоявший возле них солидный мужчина в бейсболке и замысловатых шортах со шнурками и кнопками заметил небрежно:

– Лобное место, молодой человек, не для казней было предназначено.

Если тут и казнили кого, то очень немногих. Их по пальцам можно пересчитать…

Митяй, покосившись на знатока, отвел своих подальше. Он рассказал Антонине про Мавзолей, и на том его скудные познания про Красную площадь закончились.

– Ну как тебе, Тоня, площадь понравилась? – спросил он.

– Ты знаешь, Мить… Здесь очень красиво. Впечатляет. Но у меня такое ощущение, будто я уже бывала тут не раз.

– Так то из-за телика, Тонь.