Сансара 1.01

Услуги гида чего-то да стоят, но продать сейчас можно только себя.

– Не успел рассмотреть? Я покажу. А ты расскажешь, что захочу, – предложил Моня, решив-таки рискнуть.

Как это будет? Вдруг пойдет что-то не так? Сможет ли загнать Сири обратно или опять борьба на полу? Даром этот хмырь рта не раскроет, придется бросить ему вкусную кость.

– Хм… – взглядом ощупал Анджел его. – Тогда раздевайся.

– Ты, млять, дебил? – вскипел снова Моня.

– Не бойся, я просто на тебя посмотрю. Пальцем не трону! Ты все равно бегала голой, это ж игра!

– Собрался в реале дрочить?

– Любуюсь совершенной эстетикой красивого тела.

Оно ж как картина, настоящий шедевр! В музей же все ходят, разве не так?

В целом, Моня понимал ход его мысли, но в рассуждениях виделся некий подвох. В натурщице ничего аморального нет, это ж искусство. Почему б не позволить на себя посмотреть? А затем и потрогать? А потом перейти еще одну грань?

– Взамен задашь мне три вопроса! – добавить Анджел, пытаясь его уломать. – И покажу безопасный выход наружу.

Идет?

– Хорошо, – неуверенно подтвердил сделку Моня. Сири, возможно, лучше справится с ним. – Не подходить, руками не лапать. Дам пару минут.

– Да понял я! – облизнул губы тот.

– Тогда отвернись! – скомандовал Моня. – Скажу, когда всё.

Выдохнув, он опасливо ответил на «стук», словно отперев закрытую дверь. Тотчас будто впорхнула неясная тень, вытолкнув «камеру взгляда» из тела. Теперь вновь в изометрии и бестелесен. Так было, когда в Сансару вошел в первый раз.

Сири встала на цыпочки и потянулась, подняв руки, как после долгого сна. Сложив ладони в замок, хрустнула пальцами. Покачав головой, размяла шею и хлопнуло себя по щекам.

«Репутация с Тьмой увеличилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: «четыре тысячи пунктов».

«Репутация с Церковью уменьшилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: «две тысячи пунктов».

Моня с облегчением отметил, что органы чувств продолжают работать в прежнем режиме. Он видит, слышит и чувствует, даже отдав спутнице руль.

Под ее управлением тело выглядело уже по-другому. Появилась естественная женственность и природная гибкость. Агрессивная и властная сексуальность в позе, взгляде, движении. Сири буквально царила, подчиняя и пеленая невидимой нитью, точно паук.

Застыв, Моня висел в стороне и мог только смотреть.

– Повернись! – приказала она. – Глаза в пол!

Анджел нервно сглотнул и подчинился, парализованный этой возбуждающей силой.