Сансара 1.01

Да и не ошибался ведь раз выбора нет!

А если баг только его? Тогда не поверят и поднимут на смех. Станет лишь хуже. Да и Роби его мужской шовинизм не поймет.

Очередь наконец-то дошла и до них.

– Сколько ж вас, «искателей», нынче… – буркнул староста и, достав платок, вытер испарину с покрасневшего лба.

– Нам на двоих, – протянул Моня листки.

Мужчина смерил его неодобрительным взглядом и пробурчал:

– Сиськи наружу, срам-то какой! Только жопой и могут сверкать!

– Вот расписки. Дайте свинью! – вылезла Роби вперед.

Моне пришлось ее заслонить. Здесь так нельзя, запорет ведь квест.

– Да откель стока бумажек? – возмутился мужик. – Отродясь у Церкви так много животины не брал! Дам токмо одну на двоих, коли сможешь спыймать. Разобрали усих!

– Он непись? – Моня вопросительно посмотрел на Роби.

– Хренепись, остолбня! – огрызнулся сразу же тот. – Пошто говоришь, будто меня рядом нет?!

Роби прыснула в кулак и, схватив за руку, потащила к загону, где давали свиней.

Моня вырвался:

– Да не таскай ты меня! Он языком чешет, точно живой.

А вот жрец в храме на разговоре завис.

– Жрец тебя троллил. Тоже б зависла, если б неделю давала одинаковый квест.

– Хочешь сказать, непись как мы?

– А я почем знаю… – пожала плечами она. – По разговору точно бы не смогла отличить. По поведению – да. Они у себя дома, для них всё всерьез.

Просторный загон окружала толпа. Шло представление – под хохот и улюлюканье игрок ловил там свинью. Потехи ради ее обмазали маслом, что осложняло и так нелегкий процесс.

Тяжело дыша, валились с ног оба. В конце концов, животное загнали в угол и унесли.

В загон запустили новую пару. Очередь оказалась длинной, и далеко не каждый игрок был достаточно шустрым, чтобы быстро поймать. Прошел почти час. Роби давилась от смеха, Моня всё больше мрачнел. Рафик качается, а он тут стоит!

Чтобы не терять время даром, решил наконец-то разобраться со спеллом.

«Малое усиление» получалось кастовать незаметно и быстро, но эффект почему-то был нулевым.

Бафы не ложились ни на себя, ни на Роби, ни на кого-либо еще.

Проклято же, а что он хотел? Продал драгоценную душу черт знает за что! Тот, разумеется, кинул и слился втихую. Так было всегда. С детства же учат: чертям верить нельзя!

Отчаявшись и перепробовав все варианты, Моня кинул баф на пробегавшую мимо свинью.

Та резко затормозила, поначалу опешив. Щетина поднялась дыбом, в заплывших жиром глазках вспыхнул дикий огонь.