Миссис Харрис едет в Париж. Миссис Харрис едет в Нью-Йорк

Эта женщина вносила единственную веселую живую нотку в мрачные университетские лабиринты.

Ее бросил муж, и у нее на руках остались пятеро детей; но ее не оставляло хорошее настроение, бодрость и вместе с ними – несколько едкая, но зато непридуманная и живая философия, постоянно выдаваемая в обрамлении замечаний о погоде, правительстве, ценах и жизненных перипетиях. «Бери, что можешь, и не смотри дареному коню в глаза», – говорила, например, она. Ее звали миссис Метли, припомнил он, – но он и еще один его приятель-француз, учившийся с ним, называли ее «миссис Метлы».

И как таковая, она была их другом, советчицей, источником сплетен и новостей, в первую очередь университетских.

Он вспомнил, как распознал под неряшливой, комической наружностью мужество женщины, постоянно боровшейся с трудностями и бедами, честно выполнявшей свой немудреный долг, скрашивавшей тяжелый труд лишь капелькой соли и капелькой ворчания, да язвительными замечаниями в адрес пройдох и жуликов, которые правили миром. Он словно вновь видел ее – медные пряди, свисающие на глаза, сигаретка за ухом, голова кивает в такт движениям от сосредоточенной энергии.

Он словно вновь слышал ее голос… и тут понял, что он действительно его слышит.

Потому что рядом с ним в самом дорогом, самом аристократическом салоне мод Парижа сидело новое воплощение миссис Метлы – какую он знал полвека назад.

Да, внешнего сходства не было – его соседка была маленькой и худой, возможно, тем более худой от тяжелого труда… джентльмен опустил взгляд к ее рукам, и они подтвердили эту догадку; но он узнал ее по другим признакам: то, как она держалась, как говорила, как поблескивали хитрые глазки, – а прежде всего, он узнал ее мужество, независимость и бойкость.

– Платье от Диора, – повторил он. – Чудесная идея. Надеюсь, сегодня вы найдете то, что вам понравится.

Ему не нужно было спрашивать ее, откуда она могла взять средства для осуществления такой мечты. Он по опыту знал кое-что об этом особом типе англичанок, и предположил, что она получила наследство или, скажем, неожиданно выиграла большую сумму в одной из гигантских футбольных лотерей, о которых он читал в английских газетах и которые обещали несказанные богатства британским железнодорожным носильщикам, шахтерам и приказчикам бакалейных лавок.

Но узнай он, каким образом на самом деле миссис Харрис добыла эту сумму, он ничуть не удивился бы.

Теперь они понимали друг друга точно старые друзья, многое пережившие вместе.