Мое прекрасное искупление

– Как он вообще стал водить дружбу с директором? Он угрюмый как барсук.

– Может, и так. Но он предан своему кругу, а они ему. Будь внимательной, что ты говоришь про него и кому. А то от внезапного повышения до внезапного перевода рукой подать.

Ее слова заставили меня замереть.

– Ладно… мне нужно здесь немного обосноваться.

Вэл прошла к выходу и задержалась возле двери.

– Сходим сегодня вечером выпить?

– Опять? Кажется, ты сказала, чтобы я держалась от тебя подальше.

Девушка улыбнулась:

– Не слушай меня.

Я поджала губы, пытаясь подавить улыбку.

Даже учитывая мою гигантскую ошибку, может, все здесь будет не так уж плохо.

Глава 4

– Только посмотрите, кто здесь, – сказал Энтони и положил пару салфеток перед двумя пустыми барными стульями.

– Спасибо, что предупредил прошлой ночью, – проговорила я. – Мог бы и сказать, что я ухожу со своим боссом.

Вэл прыснула со смеху:

– Ты позволил ей уйти отсюда с ним? Без всякого намека? Это жестоко!

Энтони сдвинул губы набок:

– Он ведь не был тогда твоим боссом… пока.

Я сощурилась:

– Но ты знал, что он скоро им станет. И ты, кстати, ошибся.

– Мэддокс? – потрясенно спросил Энтони. – Нет, милашка, ты, наверное, что-то себе нафантазировала.

– Не стоит так удивляться, – сказала я. – Это грубо.

– Просто… он… – Энтони перевел взгляд на Вэл: – Я столько раз видел, как он отшивал женщин. Я удивился уже тогда, когда он позвал тебя с собой.

Вэл покачала головой и усмехнулась:

– Я же сказала. Он решил больше не связываться с женщинами.

– Что ж, Святой Томас нарушил клятву, – сказала я.

Энтони стал рисовать в воздухе маленькие круги пальцем.

– У тебя там вуду какое-то?

Вэл скорее крякнула, чем засмеялась.

– А может, и так! – с притворной обидой сказала я.

На лице Энтони появилось раскаяние, будто он говорил: «Только не убивай меня».

– Ты права. Я должен был тебе намекнуть.

– Хорошее начало, – сказала я, опускаясь на стул.

– Да-да, – сказал Энтони, глядя на Вэл. – А она вредина.

– Подожди, вот дойдет до Мэддокса слух о том, что ты знал о ее работе.

Энтони приложил руку к груди, по-настоящему испугавшись.

– Боже Всевышний, ты же ему не расскажешь, да?

– Могла бы, – сказала я, покусывая ноготь на большом пальце. – С сегодняшнего дня лучше тебе быть на моей стороне.