Мое прекрасное искупление

 – Лучше я пойду домой.

Я махнула Энтони принести мне счет, а Маркс подался вперед.

– Ты уходишь? – спросил он.

Я лишь кивнула.

Казалось, мое молчание его обидело.

– Так теперь ты не разговариваешь?

– Лишь помогаю тебе держаться подальше от неприятностей.

Я подписала клочок бумаги, который принес Энтони, оставила чаевые за все три ночи, а потом перебросила сумочку через плечо.

Мягкий ночной вечер просто умолял меня пойти в противоположном от дома направлении, но я все же завернула за угол, пересекла улицу и взошла на крыльцо.

Хлопнула входная дверь, и рядом остановился Мэддокс, взглянув на меня.

– Наверх? – спросил он.

Я равнодушно глянула на него, он же осмотрелся по сторонам – он казался потерянным, будто не верил, что сморозил такую глупость. Все-таки мы были на первом этаже.

Двери разъехались, задорно звякнув, и я зашла внутрь. Мэддокс не отставал.

– Спасибо, – сказал он.

Мне показалось, что он пытался смягчить свой суровый начальственный тон.

Пока лифт ехал на пятый этаж, напряжение между моим боссом и мной росло вместе со светящимися цифрами над дверьми.

Лифт прибыл на мой этаж, я вышла и наконец выдохнула. Повернулась кивнуть Мэддоксу, но он ступил в коридор, не успели двери закрыться.

Как только он оказался на пятом этаже, то, видимо, пожалел об этом.

– Разве твоя квартира не…

– На следующем этаже. Да, – сказал он. Мэддокс посмотрел на мою дверь и сглотнул.

Глядя на ободранную голубую краску на своей двери, я вдруг подумала, не нахлынули ли на него те же стремительные и яркие воспоминания.

– Лииз… – Он замолчал, подбирая слова. Потом вздохнул: – Я должен извиниться перед тобой за первую ночь нашего знакомства. Если бы я знал… Если бы серьезнее отнесся к делу и внимательно изучил твое досье, никто из нас не оказался бы в таком положении.

– Мэддокс, я уже большая девочка. Я с таким же успехом беру ответственность на себя.

– Я повысил тебя не из-за той ночи.

– Ну уж надеюсь, что так.

– Мы оба прекрасно знаем, что твой отчет безупречен, к тому же у тебя больше мужества, чем у многих мужчин нашего отдела. Еще никто так смело не противостоял мне. Я искал такого агента в руководители.