Мое прекрасное искупление

В углу на потолке я заметила разводы и задумалась, не Мэддокс ли переполнил свою ванную, а может, все дело было лишь в протечке труб. Сквозь перегородку между нашими квартирами доносился слабый стук. Мэддокс был наверху, возможно, шел в душ, а это означало, что он разделся…

Черт побери!

Я узнала его не только в качестве босса, и теперь было сложно не вспоминать того соблазнительного мужчину, которого я встретила в баре и по губам которого изнывала, как только он покинул мою кровать.

Только злость и ненависть помогут мне пережить мое пребывание в Сан-Диего.

Придется научиться ненавидеть Томаса Мэддокса, и что-то подсказывало мне – будет это ой как непросто.

* * *

Полки пустовали, но пыли на них не было. Я получила в свое распоряжение огромное пространство, на которое даже не рассчитывала, о таком кабинете можно было только мечтать. И в то же время казалось, будто следующая перекладина на моей карьерной лестнице только что проломилась.

Для кого-то моя мешанина из фотографий, карт и ксерокопий была хаосом, но так я могла видеть, кто отвечает за какое задание, какие зацепки следует проверить в первую очередь и над чьим делом поработать.

Одно имя все время попадалось мне на глаза – бывший игрок в покер по имени Эбернати, который стал никому не интересен. Его дочь, Эбби, так же мелькала на нескольких черно-белых снимках с камеры наблюдения, хотя я не увидела в отчетах информации о ее причастности к делу.

В кабинет вошла Вэл и с благоговением проследила, как я закрепляю потертую красную нить на последней кнопке.

– Ничего себе, Лииз! Как долго ты этим занимаешься?

– Все утро, – сказала я, с восхищением глядя на свой шедевр. Я слезла со стула, поставила руки на бедра и выдохнула: – Потрясающе, да?

Вэл набрала в легкие воздуха, не в силах передать своих эмоций.

В дверь постучали. Я повернулась и увидела, что к дверному косяку прислонился агент Сойер.

– Доброе утро, Линди. Мне нужно обсудить с тобой пару вопросиков, если ты не занята.

Сойер не был похож на мерзавца, каким его описывала Вэл.

Аккуратная стрижка, не слишком длинная или короткая, но выполненная руками мастера. Может, он наносил слишком много геля для волос, но прическа как у Джеймса Дина ему шла. Квадратная челюсть, белые ровные зубы и ярко-голубые глаза – довольно красивый мужчина, но было в его взгляде что-то подлое.

Вэл скривилась.

– Сообщу уборщице, что у тебя в кабинете мусор, – сказала она, проходя мимо парня и задевая его плечом.