Долгая дорога домой

Интересно, им лет так под 35, а детей нет. В квартире не обнаружил детских вещей или фотографий. Мелькает в подсознании мысль, что могли бы меня усыновить. И угасает, кто даст усыновить нелегала? Да и не собираюсь я тут задерживаться.

Закрывается ресторан в восемь. Потом обычно пока перемоют тарелки, кастрюли. На этот раз посуда уже чистая, да и сама кухня значительно изменилась. Освободившаяся Раечка в легком шоке. Ужинаем тем, что осталось. Осталось много. Меня усиленно пичкают – жареный картофель с грибами, пельмени со сметаной, пирожки с капустой.

Честно признаю – пельмени значительно вкуснее тех, что я готовил.

– Я сейчас лопну! – Взмолился, когда передо мной поставили еще миску молочного киселя и булочки с повидлом. Поставили задачу сделать меня таким же толстым как они?

В квартире продолжились расспросы. Умею я читать, писать, есть ли родственники в России. Умело переключаю разговор на них, вскоре уже они мне рассказывают о себе. Точнее рассказывает Раечка, Коля флегматично кивает головой.

Я давно уже клюю носом, в какой – то момент чуть не ударяюсь головой о столик. День был напряженный, да и спал мало.

Уже не совсем понимаю и русскую речь, только когда Раечка трогает за плечо – прихожу в себя.

– Я постелила тебе, давай баиньки, а то ты совсем уснул.

Засыпаю, едва коснувшись головой подушки. Расслабился, трудно быть всё время в напряжении.

Проснувшись не сразу соображаю, где я. Маленькая комната со стерео обоями изображающими море. Цветы, аквариум. Ах да, вспомнил.

Мочевой пузырь требует немедленных действий. Шлепаю в больших тапках, оказавшихся у кровати, в туалет. С кухни запах кофе и приглушенный разговор. Намереваюсь отправиться туда после облегчения, но тут мой взгляд цепляется за рюкзак в прихожей. Он стал значительно худее. И открыт. Подхожу – на столик рядом выложены фонарик, зажигалка-пистолет, деньги, телефон. Короче всё, что было в карманах. А одежды нет. Ни куртки, ни джинсов, даже трусов. Как это понимать? Хмурый, захожу на кухню.

– Где мои вещи? – Вместо приветствия спрашиваю Раечку. Они сидят – пьют из огромных кружек, на столе печенье, кексы, конфеты.

– Выспался? А одежду я постирала, на балконе висит, сохнет. Не переживай, всё что в карманах было я аккуратно сложила. Присаживайся завтракать будем!

Вот что ей сказать? Что нельзя по чужим вещам и тем более карманам лазить? Так она как бы взрослая, должна знать. Или в России другие понятия? Решил пока промолчать. Усаживаюсь.