Мы потребуем крови

Я чувствовал себя именно так. Усталость навалилась еще до того, как я продвинулся вглубь леса хотя бы на несколько шагов. За ней последовали первые приступы голода.

«Я здесь. Я здесь. Я здесь, – говорил нож, колотясь о бедро. – Ты можешь все это закончить прямо сейчас».

Холодный ветер метался между деревьев, обрушивая мне на спину шквал дождя, и все звуки жизни исчезали в его свисте и яростном шуме листвы над головой.

В промокший лес пробиралась ночь, отбрасывая длинные тени, расплывавшиеся темнотой, а я мог только продолжать двигаться и надеяться.

На что? Найти бросивших меня левантийцев? Кисианцев? Чудом найти еду, воду и место, где можно пережить надвигающуюся зиму? Мне ни к чему влачить жалкое существование, я должен сражаться, спасать свой народ. Спасать Гидеона. Как когда-то он спас меня.

– Я не умру, – прошипел я моросящему дождю и, держась за дерево, встал. Налипшая на рубаху и штаны грязь тянула вниз. – Я не умру.

В последних лучах света не было видно никаких признаков жизни.

Мне оставалось идти по следам копыт и надеяться.

Хватаясь за деревья, я хромал, пока вскоре ноги не свело судорогой, и я с шипением снова упал в грязь.

– Дурацкое проклятое место, – выругался я сквозь стиснутые зубы, пытаясь размять мышцы. – Дурацкое…

Я задыхался, шипел и пытался дышать, сосредоточиться, но судороги дикими зверями терзали плоть.

Наконец, они прошли, и я лежал, тяжело дыша и боясь пошевелиться, но понимал, что придется. Те, кто будет искать беглецов, обязательно доберутся сюда и даже дальше, поэтому мне нужно было двигаться.

Но я лежал и смотрел в затянутое облаками ночное небо, ловя ртом прохладные капли дождя, и думал о ноже Эзмы. Дождь заливал глаза. Какие-то зверьки возились в подлеске. А я не шевелился. Как легко было бы сейчас умереть, но каждая мысль о том, чтобы вытащить нож, ударялась о железный стержень моей души, о правду тверже стали.

Я не хотел умирать. Особенно из-за нее.

Кряхтя от усилия, я перевернулся, утонув локтями в грязи, и двинулся вперед.

Вдалеке прозвучал крик. Это мог быть и испуганный зверь, но сердце бешено заколотилось, а крик повторился. Между деревьев перекликались низкие мужские голоса. Земля завибрировала от стука копыт, и я постарался ускорить темп, чтобы уйти от них.

Пришли Клинки Гидеона.

Руки, колени. Руки, колени. Руки, колени. Ткань штанов порвалась, и теплая кровь сочилась на землю, но я полз вперед, боясь того, что случится, если меня настигнут.