На тихой улице

Я смотрела на бокалы с вином, на их руки, лежащие слишком близко друг к другу, а потом на серебряные часы, которые подарила ему на вторую годовщину свадьбы, и на невероятно тонкое запястье этой женщины. И потеряла рассудок.

Я почти не помню, как ехала в бар. Просто знала, что это был мой единственный шанс поймать его на месте преступления. Я оказалась права. Все время была права, и это наконец случилось. Вспоминая, какой коровой, должно быть, выглядела, ворвавшись туда в махровом халате и мягких тапочках, я готова умереть со стыда.

Не говоря уже о том, что я не накрасилась, а под глазами остался неразмазанный крем.

– И ты будешь назвать меня сумасшедшей? Я по-прежнему брежу? – выкрикнула я, шагнув к их столику у окна.

Это был маленький и мрачный бар с несколькими столиками, и, конечно, все посетители отвлеклись от своих занятий и уставились на меня. А мне было все равно. Зрение затуманилось от слез, и перед глазами промелькнула будущая жизнь матери-одиночки, вечная печаль и всеобщая жалость.

– Кора, давай выйдем. Пошли, – сказал Финн, тут же вскочив на ноги, как будто я съехала с катушек и ему постоянно приходится с этим разбираться.

Он стрельнул в свою рыжеволосую извиняющимся взглядом, и тут я окончательно вышла из себя.

– Не смей ко мне прикасаться! – заорала я, выдергивая запястье из его руки. – Лгун! Он вонючий лгун! – крикнула я женщине, которая застыла с бокалом вина в руке и разинутым ртом. – Вы в курсе, что он женат? Да, этот сукин сын женат, и у него ребенок.

Он об этом упомянул?

– Кора! – рявкнул Финн и попытался опять схватить меня за руку.

Подошел официант и начал задавать дурацкие вопросы, типа «Все хорошо?», точно не помню.

Рыжая девица схватила сумочку и пролепетала:

– Может, я…

Но я вырвалась из рук Финна и перевернула стол. Оба бокала с красным вином разбились, забрызгав ее светлую шелковую блузку. Осколки стекла прорезали ткань и впились в кожу на плечах.

Изумленная девица молча села. Выглядела она как заколотая жертва маньяка, которая еще не успела рухнуть замертво. Официант заорал на Финна, чтобы тот вывел меня, а кому-то другому крикнул, чтобы вызвали скорую. Официант хотел позвонить в полицию, но рыжая его отговорила. И внезапно я оказалась на улице.

Финн затолкал меня в машину и пригрозил, что, если я не буду сидеть тихо, сам вызовет полицию и выдвинет обвинения, и меня отправят в психушку.