Наедине с любовью

Лорен схватилась за деревянную поверхность стола, представив погибшего Зафира. К горлу подступила тошнота, и сладкий вкус шербета превратился в горечь.

Пару дней назад она почти свыклась с мыслью, что Зафир может быть мертв. Но теперь, когда они встретились, Лорен и думать забыла, что его жизни может что-то угрожать. Она взяла салфетку и присела на колени, чтобы затереть пятно на ковре.

– Но почему тогда…

Ее вопрос прервал стук в дверь.

В комнату зашла женщина в темно-бордовом восточном платье и с платком на голове.

В руках она держала серебряный поднос, содержимое которого было накрыто красной бархатной тканью.

Покосившись на Лорен подведенными черными глазами, она заговорила с Фаррах. Изменившись в лице, врач посмотрела на Лорен, а потом опять на женщину.

– Его величество хочет встретиться с вами через час в саду на крыше, – произнесла Фаррах с абсолютно стеклянными глазами.

Женщина подошла к Лорен и протянула поднос. Лорен непроизвольно отступила на шаг.

У нее бешено колотилось сердце. Она сняла бархатную накидку и ахнула. Под ней оказалось потрясающее шелковое платье-карандаш изумрудного цвета.

Скромный вырез на шее и узкий лиф были расшиты тысячами крохотных хрусталиков, которые слепили ей глаза. Это было платье для принцессы или шейхи, или… Или для игрушки богача.

Оно будет сидеть на ней, как влитое. Эту же мысль Лорен прочла во взгляде Фаррах. Лорен раздраженно бросила платье в сторону. Никогда в жизни она не чувствовала себя так мерзко.

Любопытство, с которым обе женщины разглядывали каждое ее движение, действовало ей на нервы. Значит, прекрасную незнакомку селят во дворце под боком у Верховного шейха, и тот дарит ей весьма интимные подарки.

Что он затеял?

Лорен почувствовала слабость. На бархатную коробочку она смотрела уже не с таким азартом, как на платье. Но открыв ее, Лорен не смогла скрыть удивления.

Бриллиантовое ожерелье, серьги и браслет.

Имя дизайнера, вышитое наверху коробочки, ни к чему было упоминать. Она слишком хорошо знала этот исключительный стиль. В горле у нее встал комок.

Зафир помнил о ее страсти к бриллиантам…

По всей ее квартире в Куинсе были раскиданы брошюры и каталоги лучших бриллиантовых мастерских мира. Лорен обожала вечерами сидеть в кресле и листать каталоги, отмечая украшения, которые ей понравились. Но в реальности у нее не было даже крохотного камушка.