Наша песня

 – Сколько я тебе должна?

На нескольких свиданиях, на которые я все-таки ходила во время учебы в университете, счет делился ровно пополам, и у меня никогда не возникало никаких проблем.

– Убери деньги, – проворчал Дэвид, искренне потрясенный тем, что я подумала, будто он просит меня расплатиться. – Давай начнем сначала, идет? – продолжил он и протянул мне руку через стол. – Меня зовут Дэвид Уильямс. Я на третьем курсе экономического факультета, а родом из Гемпшира. Люблю греблю, лыжный спорт и знакомиться на рождественских балах со странными девочками, играющими на трубе.

– Очень похоже на представление на студенческой телевикторине, за исключением последнего пункта, – ответила я, стараясь не рассмеяться, когда ненадолго позволила ему задержать мою руку в своей ладони.

– Последний пункт – самый важный, – серьезно заметил он, и от этих слов у меня почему-то засосало под ложечкой. – Итак? – спросил он и улыбнулся мне ободряющей улыбкой.

– Меня зовут Элли, это уменьшительное от Александры, и я играю на трубе.

– И это все? Все, что мне позволено узнать? А что я скажу, когда меня спросят о моей новой девушке? Я выставлю себя на посмешище, когда придется отвечать, что я о ней ничего не знаю.

Он снова пошел по кругу, делая вид, что эта глупая игра во флирт действительно чем-то закончится, а мне не хватало ни хитрости, ни опыта, чтобы знать, как себя вести.

– Сомневаюсь, что кто-нибудь тебя спросит, потому что я не твоя девушка.

– Это пока, – ответил он с уверенностью, которая окончательно сбила меня с толку.

 – Но скоро ею станешь.

В его словах слышалась целеустремленность, которая в равной мере и взволновала, и напугала меня. Но я твердо решила не становиться очередной строкой в списке его постельных подвигов, из-за чего, как я опасалась, и затевалась вся эта канитель со знакомством. Может, кто-то из его друзей поспорил с ним, что он меня не добьется? Может, они даже сделали ставки? От одной мысли об этом мне сделалось нехорошо, но, в общем-то, все выглядело достаточно правдоподобно.

Посмотрим-ка правде в глаза. Люди вроде него встречались с девушками, принадлежавшими к их кругу. В моем кругу «поло» называли круглую ментоловую конфету с дырочкой, а среди его друзей – игру, в которую играли все, принадлежавшие к его касте.

– Значит, это действительно все, что ты хочешь мне сказать? – удивленно спросил он.

Я кивнула.

– Все это забавно, но давай-ка на этом и закончим.