Не его Золотая девушка

 – Мне просто нужна минутка, чтобы голову проветрить».

«Справедливо, но позвони мне, как только почувствуешь себя в состоянии».

«Конечно».

Кровать Рикки снова скрипит, и я, закрывая переписку, поворачиваясь к нему лицом. Он сложил руки за головой и смотрит в потолок. Его движения челюстью приводят меня к мысли, что он злится. С тех самых пор, как приехал за мной. Он вмешался, чтобы спасти меня от перешептываний, тыканья пальцем, смеха за спиной, однако от меня не ускользнуло, что просмотр этого видео на него повлиял несколько иначе, чем на остальных.

Когда-то давно я принадлежала ему. Вот почему я знаю, что он яростный защитник. Однажды он сломал нос парню за то, что тот исподтишка лапал меня на вечеринке. У Рикки взрывной темперамент, такой, какой редко встретишь; я готова поспорить, что всю дорогу до стадиона он был красным как рак. Возможно, отчасти потому, что было задето его самолюбие – я была с кем-то другим. Но дело не только в этом. Рикки не плевать, а еще он знает, что мне больно.

На это раз все намного хуже.

Раздается звонок его телефона, и Рикки впивается взглядом в экран. За сегодняшний вечер проклятый мобильник звонил раз пятьдесят. Мне даже угадывать не нужно, кто ему названивает.

– Прости, что выдернула тебя. Пол, наверное, разозлился, что ты ушел, – тихо говорю я.

Я вижу его силуэт, очерченный бледным флуоресцентным светом, льющимся из фонаря за окном комнаты.

– Все в порядке. Я просто кое-что не доделал, и теперь он меня достает.

Ох уж эти его дела.

Знаю я, какие это дела. У меня от них сердце замирает. Он стал чаще бывать на улицах, выполняя приказы своего дядюшки, подвергая себя риску. Я поняла это, когда Рикки снял футболку, прежде чем пойти принять душ прошлой ночью. За пояс джинсов был засунут пистолет, а на спине красовалась новая татуха. Череп, сжимающий в зубах окровавленную розу, – благодаря цветам и оригинальному эскизу, рисунок показался мне одновременно и красивым, и трагичным.

«Justicia en la vida. Justicia en la muerte».

Справедливость в жизни. Справедливость в смерти. Принцип, которого придерживаются те, кто замешан в «бизнесе» семьи Пола.

Больно видеть эти слова, навеки запечатленными на коже Рикки. С тех пор, как мы расстались, он еще глубже завяз во всем этом дерьме. Ему будет намного труднее выбраться, если для членов семьи это вообще возможно.