Не самое главное

Не помнит, что такое материнская любовь, да и любила ли его когда-нибудь мать? У него есть только я, а он меня не узнает.

Я для него не существую, а для меня существует только он.

А вдруг теперь для меня существует еще и Иления, чье имя начинается на букву “И”?

Не гони, Пеппино. А то опять все испортишь. Это твой большой недостаток.

Любовь виделась тебе там, где было лишь желание развлечься, вечность – там, где играли со смертью.

Преданность – там, где пропадал всякий человеческий интерес.

Разочарования все копятся и копятся.

Их столько, что не увезти в чемодане.

Ночь – время, когда люди обо всем забывают. А я живу только ночью и помню одну только ночь. В этом-то и беда. Мы с другими людьми все время в противофазе.

Но ведь и Иления живет только ночью. Как я. В том же ритме, с теми же тревогами. Нами овладела скрытая печаль итальянской музыки. Убогие посетители. Чем больше денег, тем меньше вкуса и слуха. После трех ночи они начинают портить себе биографию. Кладут сердца на полку, как в конце смены рабочие убирают инструменты.

С середины июля уже попахивает концом летнего отпуска.

Опадают цветы. Опадают дни. А я каждую ночь умираю.

Я знаю об этом, и Иления знает.

А вдруг мы одинаково проводим утро? На самом деле мужчины и женщины, быстро исполнив ритуал сладострастия, мечтают лишь об одном – найти себе компанию.

Что говорила мне Марта Мардзотто[6 - Марта Мардзотто – известная модель и светская дама.]? Потрахались, и ладно. Вечно одно и то же.

Людям нужно другое.

Я здесь, Иления, мы здесь с малышом Антонио. Я здесь. Мы ждем тебя, сидя смирно, – два здоровых и безвредных пса. Мне семьдесят лет. Я жду тебя и готов все простить, Иления. Что мне еще остается? Если ты этого захочешь, я буду только рад.

Вот о чем думает Пеппино ночью. Он лежит в постели. И не может уснуть. Он так и не снял черные брюки. Атласная рубашка расстегнута. Живот ходит вверх и вниз, полный виски, которое не подняло настроения.

Страшная жара. Антонио рядом – спит, охваченный тяжелым, искусственным сном.

Пеппино вспоминает, что было потом. Он вернулся в ресторан. Подошел к клавиатуре. Она ждала с микрофоном в руке, улыбаясь нежно, как любящая сестра. Он запел песню Мины. Не просто так: он-то знал, что она об этом мечтает. Все певицы хотят петь песни Мины. Потому что они требуют и чувства, и техники.

Что еще? Чувство и техника, больше нам ничего не надо.

Прелюдия любви.