Сотник. Чужие здесь не ходят

Девчонка… Паломница, верно, или просто нищенка. Не сказать чтоб уродка, но и красивой не назовешь. Хотя смотря как поглядеть… Вон, Добровоя тоже не всем красавицей кажется… Может, и эта – если отмыть да приодеть…

– На, кушай! – отломив полпирога, Ермил щедро поделился с нищенкой. Да тут же, вспомнив присказки сотника, не удержался, съязвил: – Ни в чем себе не отказывай, дщерь! Сыта тебе купить? Или пива хочешь?

– Спаси тя Бог, милостивец! – мотнув головой, нищенка перекрестилась и с жадностью впилась зубами в пирог.

– Кушай, кушай… Эй, человече! Сыта еще принеси… И пирог гороховый…

– Гороховых нету, господин, – оправив рубаху, поклонился корчемный служка. – Не спеклись еще.

– А что есть?

– С белорыбицей да с куриными потрошками! Вкусные зело.

– Окстись – с потрошками! Сегодня ж пятница – постный день!

– Так какие нести?

– Давай уж с белорыбицей.

Прислушиваясь к разговорам вокруг и посматривая на девчонку, Ермил напустил на себя самый благостный вид… И лихорадочно соображал, думал! Вот эта нищенка… Зачем она подсела именно к нему? Для встречи Ермил оделся уж очень просто – в сермягу да лапти, едва ль не во рвань – а тут, в корчме, были куда более зажиточные посетители… У них бы и выпрашивала! Подали бы не в пример больше… Значит, тут другая цель.

Верно, что-то разузнать на первое время. А Ермила выбрала, потому как тот все же производил впечатление человека, которого можно было не опасаться. Этакий простоватый деревенский парень…

– Тя как звать-то?

– Фекла. Паломница я. Из Стародуба.

Ишь ты – Фекла! А ведь не врет, что паломница. «Фиту» – «Ф» – выговаривает уверенно. Местные бы сказали – «Хвекла».

– А на богомолье-то куда?

– Да возвращаюсь уже. С Волыни, с обители дальней. Вот в Турове помолюсь, в ваших краях обителей много! Да тут и сытно все ж, – со всей откровенностью вдруг призналась девчонка. – Осень скоро.

Говорят, где-то рядом торжки будут…

– Кто говорит? – Ермил навострил уши.

– Так на пристани… И вон тут, в корчме, болтают.

И впрямь – болтали. Кто-то вспоминал своих знакомых сукноделов, ткачей, кто-то собирался продать на торжках шерсть… Ну, понятно все – событие! Не часто такие торжки проходят… ну, дай Бог – будут и каждый год.

С другого боку уселся на скамью бугаистый парень, по виду – мастеровой, плотник или каменщик.