Невозможно расстаться

Запах Лукаса Кристофидеса – человека, которого Эшли нужно хорошо узнать до завтрашнего вечера. Кажется, придется бороться с сильным влечением к нему. Слишком уж много в этой ситуации сказочного – нельзя позволить себе поверить, что между ней и Лукасом может быть что-то в реальной жизни.

– Но теперь ты замерзнешь без шарфа, – обронила Эшли.

– Мне придется идти до ресторана быстро, очень быстро, – ответил он и сделал несколько преувеличенно больших шагов.

Она рассмеялась, удивившись неожиданно обнаружившемуся у Лукаса чувству юмора.

До этого он казался таким серьезным.

– А в Греции холодно зимой? – поинтересовалась Эшли. – Или там царит вечное лето, а небеса и море всегда голубые?

– Я живу в Афинах. Там бывает холодно, но не очень.

Ну вот, они разговаривают о погоде в Греции. Но нужно узнать друг о друге куда больше, если на завтрашнем ужине они хотят обвести вокруг пальца ту предпринимательницу.

Они дошли до конца улицы, на которой стоял дом Лукаса, свернули на улицу Вэйл, затем на Кингс-Роуд.

Лукас шел рядом, подстраиваясь под темп шагов Эшли. В это вечернее время в Челси было людно. На деревьях светились электрические гирлянды из тысяч крохотных лампочек, витрины магазинов были украшены к празднику, из домов доносились звуки музыки. Лондон в Рождество выглядел волшебно. Эшли не жалела о том, что решила тут задержаться.

– Что мы скажем, если нас спросят, как мы познакомились? – Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум проезжающего мимо автобуса.

 – Нельзя заявить, что мы повстречались в Греции, потому что я там ни разу не бывала.

– Значит, Грецию исключаем. Кажется, мисс Норрис не раз отдыхала на острове Санторини, и она тут же выведет нас на чистую воду.

– А ты бывал в Австралии?

– Нет. Хотя я планирую однажды туда съездить.

– Значит, и Австралия отпадает. Получается, мы могли пересечься только в Англии. Надо сказать, что мы познакомились на британской земле.

– Но ни слова о моей ванной.

Лукас ее поддразнивает или ей это только показалось? Эшли поежилась, вспомнив их первую встречу – уж она это никогда не забудет.

– Разумеется.

– А когда ты жила в Манчестере?

– Двенадцать лет назад. Мне тогда было пятнадцать. Софи говорит, что город с тех пор очень изменился.

– Манчестер тоже не годится. – Лукас помолчал и спросил: – Значит, тебе сейчас двадцать семь?

– Похоже, тебя это удивляет?

– Я думал, тебе меньше. Двадцать три или двадцать четыре.