Невольница. Книга 1

Несколько минут я не смела шевельнуться, воображая самые болезненные способы умереть под взглядом этих проклятых серых глаз, которые преследовали меня наяву куда больше, чем в ночных кошмарах. Я кинулась в свою комнату, надеясь укрыться там и не видеть его хотя бы до утра.

Но когда я зажгла свет и обернулась, у меня вырвался панический вскрик. Тот, кого я старалась избегать, сидел здесь.

На моей кровати.

Жесткий взгляд, желваки на скулах, кулаки стиснуты.

Рядом с ним лежала выпотрошенная сумочка, которую я брала с собой на прием.

Содержимое было вывалено на кровать.

– Кто тебе это дал? – ледяным тоном спросил он, кивая на визитку, которую держал кончиками пальцев.

Визитка. Я не читала, что там написано, но ясно было одно: психопату это очень не понравилось.

– Какой-то человек… его звали… Уильям, – пролепетала я, с трудом сглатывая.

– Почему он дал тебе эту херню?

Хозяин говорил спокойно, чересчур спокойно для такого психа, как он. Было еще страшнее видеть, как он сдерживает ярость, а не выплескивает наружу, как обычно.

– Он не отлипал от меня почти весь вечер. Это он представил меня Джеймсу Вуду. Я не знаю, что там на карточке, – оправдывалась я, обхватив себя за плечи.

– Вот и не надо тебе знать, – бросил он, поднося зажигалку к уголку визитки. Та вспыхнула в его изящных пальцах.

– И не смей больше произносить имя этого сукина сына, поняла? – предупредил он, и я опять вздрогнула.

Его расширенные зрачки и белые костяшки выдавали гнев, который он пытался сдержать.

Я быстро закивала, судорожно сглатывая. Хоть бы он уже отстал от меня. Он раздраженно выдохнул, подошел к двери, даже не взглянув на меня, и захлопнул ее с той стороны, заставив меня в очередной раз содрогнуться. В голове роились беспорядочные мысли. Они знакомы? И зачем Уильям всучил мне эту визитку? Что он на ней написал?

Я ничего не понимала, и это бесило.

Переживания так меня утомили, что я рухнула на кровать. Услышала, как он орет по телефону на собеседника, и невольно испустила тоскливый вздох.

Этот психопат просто ходячий комок нервов, выдержать его – настоящее испытание.

Свет вырвал меня из сна – уже наступило утро.

Ненавижу панорамные окна.

Ненавижу того, кто их придумал.

Ненавижу того, кто их купил.

Было девять утра. Внизу раздавались голоса Бена и Киары, а еще смех, показавшийся мне истерическим. Истерический смех… О нет, только не она.

Я нехотя поднялась и отправилась в ванную.