Сотник. Не властью единой

Девушка пригладила волосы:

– Да ведь ты так смотришь, что даже не знаю… можно ли иль нельзя?

– Как «так»-то?

– Да вот так!

– Юль… у меня дело к тебе, – молодой человек хитро прищурился и схватил подошедшую к забору девушку за руку. – Очень-очень важное дело.

– Да сейчас работы полно! И в огороде, и вон… сейчас тетка Гастела внука своего приведет – клеща выковыривать буду.

Юлия вроде бы как отпрянула… но руку из ладони парня не выдернула. Миша чувствовал, как билась под тонкой нежною кожей жилка… и сердце его тот час же забилось вот так же – в унисон!

– Так ты что спросить-то хотел?

– А?

– Ну, говорил про какое-то дело…

– А пойдем вечерком погуляем! – без всяких реверансов рубанул сотник.

 – Там, у реки, говорят, так соловьи поют – заслушаешься.

– Соловьи – это хорошо, – пушистые девичьи ресницы дрогнули. – Но…

– Не пойдешь?

– Почему? Пойду. Только давай не сегодня. У нас тут с матушкой… дело одно… Давай завтра!

– Ага… – тут Миша вспомнил про баню.

Мало ли, может, и до поздней ночи затянется… Не сама банька – совет.

Просторная банька Сучка, естественно, топилась по-черному, по-иному тогда в банях и не признавали. С трубой – что за жар? Нынче натопили на совесть – камни от жара трескались. Миша пар любил, но не вот этот вот, когда уши в трубочку сворачиваются… особенно когда Андрей водицы на камни подбросил. Целый корец! Вот паразит же!

– Эй, эй, – молодой наставник Мирон замахал руками. – Ты что, друже, уморить нас хочешь?

Немой в ответ оскалился, замычал да потянулся за веником.

Веников тут запарили много – дубовые, березовые, вересковые – на любой вкус, парься – не хочу. Вот и Андрей взгромоздился на полку да принялся охаживать себя по спине. А весь жар-то – на Мишу с Мироном. И вот же черт – на улицу-то выбежать вроде б как стыдно! Хорошо, Немой первым выбежал – с разбега сиганул в реку, в омуток, возле которого баньку и выстроили. Нырнул… вынырнул – поплыл, улыбаясь. Хорошо!

Хорошо – дверь за собой не прикрыл, воздух вечерний в баньку зашел – все полегче.

Тут и остальные гости пришли – дед Корней, Аристарх-староста, а с ними и хозяин, Сучок – Кондратий Епифановича.

– Здоров, внучок! – дед быстро скинул одежду. – Что это вы тут сидите, мерзнете? А ну-ко, Мишаня, поддай-ко! Эхх… вот ведь славно-то!

– А говорят, в иных местах такой баньки не ведают! – прикрыв за собой дверь, староста Аристарх тоже схватился за веник.