Немецкая лирика / Deutsche Lyrik. Антология XX века

Die Zeit / Время

Доколе? Далеко ли?

Лишь когда остановятся часы,

маятник стучать там и здесь

перестанет,

услышишь ты наконец:

они идут,

они шли,

и больше не идут.

Уже поздно вечером часы,

бледные следы

текущего времени,

приближающие конечность,

ускользнут

прежде всего

от тебя.

Wir wollen warten / Мы желаем ждать

У врат весеннего сада,

мы желаем молча ждать,

напрягая слух,

пока жаворонки не взлетят,

пока не зазвенят песни и струны,

пока не проснётся ручей,

пока у стада серебряные колокольчики

не запоют хоралом радости над миром.

Der Wind / Ветер

Что минует нас,

то бережно сохранится

и ветром вольным умчится

прежде всего

на стихотворном пути,

где никто не спешит,

особенно те,

кто опоздал сказать: «Здравствуй!»

Amo: volo ut sis / Я люблю: я хочу быть

То, что сказали мы это спозаранок,

говорит, как долго мы мимо себя блуждали,

лучше поздно услышать, чем спрашивать

о том, что призывало нас исполнить это,

чтобы слово было прочитано правдиво:

«Как сподобиться мне, чтобы жили по сути?»

Таинство хранит слово,

спроваженное в отдалённые окраины

невостребованных внезапных озарений;

предчувствующее,

предостерегающее:

сосредоточенное

на свободной молитве;

исчезающее

пред высоким светом,

затенённое, спутанное, изломанное

в ущельях смертных;

мир возвышается

в те высоты, где нет

ни быта, ни кувшина, ни обуви,

ни боли, загнан,

зовёт нас домой,

одолевать уступ за уступом,

что мужеству доступно

лишь того, кто издавна страдал:

чтобы со-чтение звалось

законом сущности.

Tod / Смерть

Где мы, далеко ли,

коли изволим

оклик Рильке исполнить:

«Да будет разлука впереди…»?

Живущие в смерти?

Недоступная местность,

нет – не предел, нет – не излука,

неслышный звук

у истока,

у светлого ничто:

бытия первый облик —

недостижимый к изничтожению;

в себе-другом-едины:

отдалённая область

ближайшего сближения.

Примечание: * Sonette an Orpheus II, 13

H?tte am Abend / Хижина вечером

Сквозь бирюзовый аромат

толчея лесов бредёт в просторах.

Высоко стрижи взмывают,

чертят в воздухе сквозистом знаки.

Внезапно щебет юный смолк.

Длинной тенью во дворах

сумерки упали. Безбрежен мир.

Крестьяне косы отбивали.

В красный камень бледность зрит.

Тишиной пропитан ветер.