Портной

А разговор предстоит серьезный. Разумнее забыть про нее и расслабиться.

Легкий перестук каблучков затихал в коридоре, а в чудом уцелевшей голове неприятно змеились скользкие тяжелые мысли. Удивительно, что судья оставил ее на месте. Должно быть, только потому, что не изобрели заменитель мозгов. Впрочем, многие прекрасно обходятся и без них, судя по их поведению.

Вот какой умник решил, что вправе распоряжаться чужим телом? Он его рожал, кормил, баюкал, прятал от солнца и непогоды? Можно забрать деньги, одежду, дом, работу – всё, чем дали попользоваться.

Но тело?! Они от жадности еще бы воздух откачали из легких!

Теперь же, видимо, забирать больше нечего. Или есть? Наша Машенька подозрительно любезна для практикантки. Кто знает, что роится в ее прелестной женской головке. Да и в женской ли? Может, рассчитывает на потенциальные дивиденды?

В искреннее сострадание и доброту Кицум давно не верил. За нее наверняка придется платить, а скорее всего, переплачивать. Интересно, если бы его поймали на слове? Вдруг Маша согласилась бы выйти замуж?

Кицум тяжело вздохнул, понимая, что прячет страх и неуверенность под слоем отборнейшей чуши.

Защитная реакция замещения. Надо дать хоть какую-то работу мозгу. О девушках всегда думать приятно, а вот о мрачных перспективах нет, что естественно и, видимо, правильно.

– Добрый день! Для нас большая честь лично встретиться с вами! – энергично поздоровались с ним два странных субъекта, внезапно возникших в поле зрения.

От неожиданности Кицум даже вздрогнул.

Задумавшись, он не заметил, как они вошли. А посмотреть там было на что.

Хороший пошив, дорогая ткань костюмов. Суровые мужественные лица, срисованные со старых культовых актеров. Клинт Иствуд и Кларк Гейбл, ни дать, ни взять. Жаль, никто из них не патентовал свою внешность. И вот результат – ее беззастенчиво юзают ушлые киборги. Хотя выражение их глаз мало подходило к заимствованной брутальности настоящего мачо.

– Надеюсь, что добрый… – процедил сквозь зубы Кицум, не в силах справиться с неприязнью к синтетикам.

Судья знал, куда бить, лишив самого дорогого, что у него было. Дорогого, потому что машина никогда не сможет родить. Массовое производство органических запчастей лишь осквернит тайну осознанности. А это единственное, что Кицум считал действительно ценным.

– Простите, мы прекрасно знаем, что вы недолюбливаете киборгизацию… – осторожно начал Клинт Иствуд, прочитав гримасу отвращения на его лице.