Портной

Как предсказуемо…

Кицум удовлетворенно кивнул, найдя подтверждение своей версии. Портал стал идеальным фильтром и надежно блокировал воспоминания на входе и выходе. Раз раньше такого эффекта не было, то кому-то он выгоден. К примеру, тем, кто пришел сюда раньше. Если «братцы» говорили правду, то первая партия сохранила память, а это им давало огромное преимущество: они знали, что ничем не рискуют. Их ждут родные тела в измерении, которое кажется им настоящим. Иллюзорность смерти мгновенно превращает мир в игру, хотя он столь же реален.

Логично предположить, что тот же фокус сработает и на Земле, но без личного опыта у человека не возникнет уверенности. Сомнение, незнание истины превратит бессмертное божество в скулящую от страха тварь. Жалкую и хорошо управляемую. Пожалуй, память – это супероружие. Она есть – ты неуязвим, а если ее нет – ты жалкий раб предсмертного ужаса. На этом контрасте, вероятно, и держится местная власть. А потому все, кто знает тайну, для нее нежелателен.

Кицум сильно жалел, что сболтнул Дюббуку про «бардо в человеке».

Такой секрет сохранить трудно, поэтому его обладатель опасен. Императорская жаба могла быть одной из тех «первых», а беспамятство очищает грехи любой реальности.

Пока Кицум мысленно путешествовал по темным лабиринтам местной иерархии, новички, наконец, определились с выбором и стали подписывать свои контракты. А у духов только начиналось самое интересное. Над каждым человеком подвесили невидимый для него цветной шарик.

– Первый лот! – громогласно объявил представительный обезьян во фраке и с бабочкой.

 – Мужчина под красным. Начальная цена тридцать маны. Кто больше?

«Сорок пять!». «Пятьдесят!». «Сто двадцать!». «Двести!»

Кицум удивленно вытаращил глаза. Двести? Откуда, если поначалу всего сто, а ведь сюда еще надо добраться! А у него осталось лишь… Он закрыл веки, считая.

Тридцать восемь! Всего-то! Да этого даже на стартовую цену едва хватит!

Дрожащие от волнения щупальца торопливо кликнули на гробик в инвентаре.

Тот материализовался, и его крышка как бы нехотя отъехала в сторону.

– Чего надобно, старче? – недовольно прошипела Камея, щурясь от света.

– Расскажи про торги! Откуда у них двести? У нас-то чуть больше тридцати!

– Не у нас. У тебя! – строго поправила Ка. – Маны нет? Сам виноват. Нечего было феечек взглядом облизывать!

– Да сдались вы мне! Я гида брал, а не вамп… «благородную праноедку»!

– Так, возьми микро-кредит, педофил несчастный.