Сотник. Половецкий след

Настоящий холодный душ, истинный!

Поежившись, мокрый Михаил бросился в горящий проем, прижимая ко рту сырую тряпку…

Сразу же запершило в горле, принялись слезиться глаза… Вокруг все было в дыму, ничего не видно, откуда-то с боков вырвались гудящие языки пламени, а наверху уже трещали балки! Еще немного, и обрушится крыша…

Где же Тимка? Или… нет его здесь?

Сотник опустился на колени, а потом и вообще прижался к полу – глянул… И увидал в дальнем углу… Что там, ветошь, что ли? Да нет… кто-то лежит!

– Тимка-а-а!

Быстрей! Быстрей! Подбежать, приподнять, подхватить со спины под руки… тащить…

Вот, еще немного… Кто там еще? Что за тени?

– Подмогну, господин сотник!

Архип!

Не бросил своего командира… И это вовсе не хорошо! Кто ж командовать будет, ежели, не дай бог… Впрочем, что уж теперь…

– Давай!

Вдвоем потащили куда быстрее, и вот уже нырнули через проем, упали на снег… Кто-то подбежал, помог подняться.

Миша тут же наклонился к Кузнечику:

– Тимофей!

Ресницы парнишки дрогнули, глаза распахнулись…

– Ну, слава богу – жив! Живо, к Юле его…

– Да я здесь же! – Юлька подбежала, расхристанная, чумазая… родная… – Давайте его в гостевой дом.

– А если…

– Да потушили уже кругом… Сызнова не разгорится!

Тимка пришел в себя почти сразу. Отдышался на воздухе, пока несли в гостевой дом, да и там Юлька сразу стала поить парня каким-то горьковатым снадобьем. Мальчишка скривился, улыбнулся:

– А послаще-то у тебя ничего нет? Хотя бы глюкозы…

– Чего?

Тут как раз заглянул и Михайла.

Тимофей лежал в длинной зале, у очага, на двух составленных вместе скамейках. При виде сотника паренек приподнялся:

– Миша!

– Лежи-лежи…

– Я сказать хочу. Не могло само загореться – не с чего… С утра кузницу не заводили – на кладбище все пошли. Ой, Мишаня, поджог это, к бабке не ходи! Черт… все станки сгорели… обидно…

– Ничего, построим еще станки! – Сотник помрачнел и присел на край скамейки. – Так, говоришь – поджог… Что же, будем вычислять – кто.

Кто-то мог видеть, не бесплотные духи же это все устроили?

– Так все ж на похоронах были! – встряла-таки Юлия.

– Не все, – Миша покачал головой. – Чья-то челядь, холопы, детишки малые… Всех найдем, всех опросим. Всех!

– Миш… – вновь приподнялся Кузнечик. – Я про стрелу хотел сказать. Ту, что в Златомира угодила… Не наша это стрела, чужая!

– Как так – чужая? – сотник вскинул брови, да и прислушивающаяся к беседе Юлька тоже удивилась.