Непокорная фрау Мельцер

Но Додо уже перебежала дорогу, и через мгновение послышался звонок колокольчика. Додо исчезла за входной дверью.

– Что она делает? – поинтересовалась Хенни, поднося к лицу Лео бумажный пакет, полный лакричных конфет и мармеладовых мишек. – Ой, похоже, на кофе не останется денег.

Он взял лакричную конфету, не сводя глаз с сантехнического магазина.

– Она спрашивает про унитаз…

Хенни возмущенно уставилась на него, затем достала из пакета зеленого танцующего медведя и сунула его в рот.

– Ты, наверное, считаешь меня глупой, – обиженно произнесла она.

– Тогда спроси ее сама…

Наконец дверь магазина открылась, Додо сделала вежливый реверанс и вышла на улицу. Ей пришлось немного подождать, потому что мимо прогрохотала запряженная лошадьми телега, затем она подбежала к ним.

– Папа Вилли в магазине. Большой, с седыми усами. Он выглядит так смешно, как будто хочет тебя съесть.

– А Вилли?

Додо усмехнулась. Вилли сидел сзади и сортировал винты в маленькие коробочки. Она быстро повернулась к нему и показала язык.

– Наверное, он разозлился. Но поскольку там был его папа, не решился ничего сказать. А унитаз стоит двести миллионов марок. По льготной цене.

– Двести марок? – спросила Хенни. – Это очень дорого для такого уродливого унитаза.

– Двести миллионов, – уточнила Додо. Никто из них не мог сосчитать такие цифры.

Хенни нахмурила брови и задумчиво посмотрела на витрину магазина, в которой теперь отражалось яркое полуденное солнце.

– Я тоже спрошу…

– Нет! Ты останешься здесь… Хенни! – Лео попытался схватить ее за руку, но она ловко проскользнула мимо двух пожилых женщин, и Лео остался смотреть ей вслед.

Покачав головой, он стоял и наблюдал, как светловолосая Хенни в маленьком розовом платье исчезла за дверью магазина. – Да вы что, спятили? – ворчал он на Додо.

Они прошли, держась за руку, через улицу и заглянули в витрину магазина. Действительно, у папы Вилли были седые усы, и он действительно выглядел очень смешным. Может быть, у него воспалились глаза? Вилли сидел в самом конце магазина за столом, который был полностью завален маленькими и большими картонными коробками.

Видны были только его голова и плечи.

– Меня прислала мама, – прощебетала Хенни и подарила господину Абеле свою лучшую улыбку.

– А как зовут твою маму?

Хенни улыбнулась еще шире. Этот вопрос она просто проигнорировала.

– Моя мама хотела бы знать, сколько стоит унитаз…

– Тот, что в витрине? Триста пятьдесят миллионов.