Непокорная фрау Мельцер

– Как жаль, – услышал он слова Брунненмайер. – Они обычно сидели все вместе на кухне и веселились. Лизель с двумя мальчиками, Хенни и близнецы. А теперь…

– Господским детям не место на кухне, – возразил Юлиус.

Лео больше ничего не слышал. Тем временем он добрался до двери на второй этаж и через узкую стеклянную вставку заглянул в коридор. Все чисто – она должна быть в своей комнате. Вообще-то это была комната тети Китти, но, к сожалению, та переехала, и бабушка поселила там фрау фон Доберн.

Чтобы гувернантка всегда была рядом с детьми!

Осторожно открыв дверь, он проскользнул в коридор. Если ему очень не повезло, госпожа фон Доберн заметила, что его нет в детской комнате, и теперь ждала его там. Она любила это делать. Ей нравилось появляться именно тогда, когда ее не ждали, потому что считала себя ужасно умной.

Лео решил все же вернуться в детскую и в случае чего соврать, что ему нужно было выйти. Он шел осторожно, крадучись, и шаги едва были слышны, но против скрипа половиц ничего поделать было нельзя.

Едва он добрался до двери, рука уже лежала на ручке, как услышал позади себя скрип открывающейся двери.

Не повезло. Огромное невезение. Он обернулся, стараясь не выглядеть застигнутым врасплох. Но тут же застыл в изумлении. Госпожа фон Доберн вовсе не выходила из своей комнаты. Она была в спальне его родителей.

На мгновение Лео почувствовал болезненный укол в груди. Ей не позволено там находиться. Ей там нечего было искать, эта комната была запретной даже для Додо и него.

Она принадлежала только его родителям.

– Что ты делаешь в коридоре, Леопольд? – строго спросила гувернантка.

Как бы сурово она ни выглядела, он сразу заметил, что ее шея стала совершенно красной. Уши тоже, наверняка, но их не было видно, потому что их закрывали волосы. Фрау фон Доберн прекрасно понимала, что ее поймали. Эта злобная стерва шпионила в спальне его родителей!

– Мне нужно было в туалет.

– Тогда иди и переодевайся сейчас же, – сказала она.

 – Я позову Додо – мы перед ужином погуляем по парку. – Он все еще стоял в коридоре и смотрел на нее. Со злостью. С обидой. С упреком. – Что-нибудь еще? – спросила она, подняв тонкие брови.

– Что вы там делали?

– Твоя мама позвонила и попросила меня проверить, не забыла ли она на тумбочке свою красную брошь, – ответила гувернантка. Это было так просто. Взрослые были такими же большими лжецами, как и дети.