Неукротимая

Ее бросили те, кто должен был любить ее больше всего, но ее сердце разрывалось из-за него.

Как будто за пятнадцать лет она так привыкла к мужчинам, топчущим ее жизнь, что признание Джероса даже не удивило ее. Это знание сломало что-то внутри него, что, как он думал, уже никогда невозможно будет починить.

– Ты сделал это с ней.

Лицо Джероса потемнело, его страх угас, сменившись гневом.

– Все, что мы сделали, было для того, чтобы защитить вас обоих.

– Защитить? – глухой звук разорвал воздух, когда Джарен запрокинул голову и рассмеялся.

 – Ты защищал меня, когда я несколько месяцев хотел воткнуть кинжал себе в сердце? Ты защищал меня от позора, что убита не только моя айтанта, но и наследница престола? От позора, что я запятнал свой дом?

Джерос побледнел, но взмахнул рукой и прошипел:

– Потише, черт возьми.

Часть мозга Джарена кричала, предупреждая, чтобы он был осторожен, но он не мог повиноваться. Он не мог подавить бушующую внутри дикую ярость. Он был поглощен ей.

– Ты защищал ее, когда ее бросили в чужой стране? Когда они удерживали ее и калечили?

Взгляд Джероса метнулся через плечо, его лицо исказилось, на нем промелькнул ужас.

Он не мог видеть ее уши, спрятанные под капюшоном, но он не был глуп. У магики был только один способ сойти за человека.

Эта мысль снова привела Джарена в ярость. Перед его глазами пронесся образ пятилетней Вэрали с веснушками и озорными серыми глазами, но кричащей в агонии. Она клялась, что не помнит этого, но это не избавило его от кошмара, в котором она звала его, истекая кровью на столе.

Джерос понизил голос почти до шепота, бездонное изнеможение сменило гнев:

– У нас не было выбора, Джарен. Ты бы пошел за ней, но ты тоже был ребенком.

– Мы спутники! – взревел он, схватив свой кинжал и внутренне обратившись к своей силе, ставшей кроваво-красной. Он мог убить его, черт возьми.

Ребристое лезвие вышло из ножен на дюйм, прежде чем ее рука обхватила его собственную, резко сжала и толкнула вниз.

– Джарен, – сказала Вэрали с явным предупреждением. Но именно неровный стук ее сердца вырвал его из этого безумия. Его ноздри раздулись, когда он втянул ее в себя, и он мотнул головой, заметив начавшую собираться вокруг них толпу.

– Черт, – выплюнул Джарен, выпуская кинжал, чтобы переплести свои пальцы с ее. Чем больше прояснялась его голова, тем больше он осознавал, что слышит бормотание, все больше магики останавливались, чтобы посмотреть, что происходит.