Неукротимая

Или, скорее, к тому, что должно было там быть.

– Хорошо, – сказала Вэра, надеясь, что ее голос не выдал волнения. Она подошла туда, куда указал Джарен, и села на палубу. – Но в следующий раз прояви обычную вежливость и попроси по-хорошему.

– Говорит та, кого вырастил оружейный мастер, но которая все равно жульничала во время боя, – сказал юноша, становясь перед ней.

Джарен выглядел так, словно его совершенно не беспокоил их разговор, однако грусть в его глазах выдавала истину.

Он размял шею.

– Тьябати же би.

– Нлайи, – согласилась Вэра.

Во время их первой практики Джарен потребовал, чтобы она использовала тьябати только тогда, когда практикует свои способности, чтобы привыкнуть к ним. Юноша предупреждал, что, хотя большинство магики знают оба языка, очень немногие пользуются общим.

Вэра не спорила. Она помнила свой родной язык достаточно хорошо, могла передать основную мысль, но чем больше практики она получит, тем лучше. Это было похоже на тренировку мышц. Девушка знала: ей потребуется время и практика, и тогда она сможет говорить свободно.

Ее и так осудят за то, что она жила в столице Материна – ей не нужен еще один повод считаться белой вороной.

Джарен издал звук, который мог бы сойти за вздох, если бы юноша не выглядел как разъяренный медведь.

– Ты не стараешься.

– Так и есть.

Вэра наклонилась к своим скрещенным ногам, провела руками по лицу и, если честно, ничего так сильно не хотела, как свернуться калачиком и уснуть.

Джарен присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней, и положил руки на согнутые колени.

– Ты просто великолепно управлялась со своей силой на Алероне. Что изменилось теперь?

– Я не знаю, – сказала она, обращаясь скорее к себе, чем к собеседнику. Девушка опустила руки на палубу, проводя пальцами по дереву и позволяя щепкам царапать ее кожу. – Я не знаю, как я тогда сделала это. Все получилось само собой.

– Воспроизведи этот момент, – настаивал Джарен. – Просмотри каждое из своих ощущений одно за другим и расскажи мне, что происходило. Что ты чувствовала.

Несмотря на усталость, Вэра прислушалась к нему и закрыла глаза, заставляя себя вернуться в тот день. Теплый ветер дул ей в спину, когда они покинули Срединный Путь, а запах Джарена впитался в ее кожу. Она помнила взбудораженность от одной мысли о будущем, помнила зловещий стук копыт, приближающийся к ним.