Нечётные числа

Я буду счастлив познакомить своих любимых иностранцев с истинно чешским занятием. Но если вы и правда, как говорит Симона, даже подумать не можете о том, чтобы прыгнуть в озеро, на втором месте после проруби – холодный душ. Это не то же самое, но никто не заставляет вас моржевать, если слишком страшно.

– Не страшно, друг, просто мы не подготовлены, – засмеялся Дхан, массируя плечи Симоны. – Я думал, ты шутишь, так что не взял свои плавки, поэтому я не могу.

Отговорка Дхана развеселила всех, и было странно видеть, как он – остроумный шутник и клоун – поразился взрыву хохота в ответ на реплику, которую считал совершенно серьезной.

Ловиса отсмеялась первой.

– И ты считаешь, что это оправдание? Это сауна, Дхан, никто не надевает туда плавки. Все голые.

– Голые! – оглянулся Кларк. – Вы же не серьезно?

Симона закатила глаза и застонала.

– И вот злобные англосаксы снова наносят удар. Что с вами не так, народ? Почему надо так стыдиться человеческого тела? Каждое лето на юге Франции я смотрю, как британцы извиваются под своими полотенцами, боясь показать малейший участок кожи.

Ловиса и Мика смеялись и согласно кивали Симоне. Заговорил Мика:

– Всё потому, что британцы и американцы смотрят на обнаженное тело исключительно как на сексуальный объект. Они не способны раздеться, не думая о сексе. Европейцы воспринимают наготу как естественное состояние. При этом смешливого и скабрезного отношения к телесным функциям у нас нет.

Это было одной из его любимых тем, и именно она раздражала меня.

Дхан запротестовал, но Ловиса перебила его:

– Мы все тут друзья. Если ты смущаешься, можешь остаться в трусах. Если Симона боится озера, она может принять душ. Никто никого не заставляет делать то, что не хочется.

– Для меня не проблема раздеться, – сказал Кларк. Это никого не удивило. Он мог по праву гордиться своим телом и использовал любую возможность продемонстрировать его.

Несмотря на мою лояльность к Дхану, мне совершенно не хотелось, чтобы меня называли зашоренной британкой, которая боится раздеться.

– В чужом монастыре… – я улыбнулась. – Сегодня я собираюсь раздеться, прожариться до печенок, прыгнуть в озеро и вернуться сюда за тем вонючим пивным сыром!

Ловиса и Кларк зааплодировали. На лице Мики расплылась улыбка. Симона утешающе-покровительственно коснулась руки Дхана.