Ночи дождей и звезд

– К тебе все и всегда будут добры, Эльза, ты такая солнечная.

Дэвид заказал два метриос – кофе средней сладости. Вскоре они уже дружно потягивали напиток.

– Я не знала своего отца, Дэвид, он рано ушел от нас, но я часто, очень часто ссорилась с матерью.

– Знаешь, наверное, это даже более здоровое поведение. С моим отцом особо не поссориться – в ответ получишь только вздохи и пожимания плечами, – сказал Дэвид.

– Поверь, я наговорила матери столько всего, я критиковала ее так, что, если бы могла все переиграть, я бы не зашла так далеко.

– Из-за чего вы ссорились?

– Сама не знаю, Дэвид. Из-за всего. Я всегда утверждала, что мой путь правильный, а ее – нет. Мне не нравилась ее одежда, не нравились ее друзья, ну, знаешь, лишь бы прицепиться.

– Честно говоря, не знаю. Мы-то в семье почти не разговариваем.

– Если бы ты мог начать все сначала, что бы ты сделал? – спросила Эльза.

– То же самое: все испортил бы, я полагаю.

– Вот так сразу капитулируешь? Ты молод. Гораздо моложе меня. Твои родители живы, и для вас еще не все потеряно.

– Не заставляй меня чувствовать себя хуже, Эльза, прошу.

– Я и не пытаюсь, просто я подумала: будет справедливо напомнить тебе, что у нас есть кое-что общее, но вот мне-то уже не исправить своих ошибок. Моя мать умерла.

– Как она умерла?

– В автокатастрофе, вместе с одним из своих ненормальных друзей.

Дэвид наклонился и похлопал Эльзу по руке:

– Быстрая смерть.

– Ты такой добрый парень, Дэвид, – дрожащим голосом произнесла она. – Допивай кофе, и мы пойдем исследовать Калатриаду. А потом за обедом я расскажу тебе о своих проблемах, и ты дашь мне совет.

– Ты не обязана ничего рассказывать, знаешь ли, – сказал он.

– Мне так приятственно, Дэвид, – улыбнулась она.

– Ну и где твое так называемое милое местечко? – проворчал Шейн, прежде чем его внимание привлек шумный бар, мимо которого они шли.

Это было совсем не то место, где она могла бы сообщить ему свою новость, поэтому Фиона отказалась от обсуждения.

– Дороговато, цены рассчитаны на туристов, – сказала она.

И это решило проблему. Они направились к рыбному ресторану на мысе.

Андреас сидел со своим братом в полицейском участке. Стол Йоргиса был завален отчетами об аварии. Его телефон звонил не переставая. Наконец наступило временное затишье.