О времени, о душе и всяческой суете

Я слышал, что поначалу ученые пытались сделать возможной механическую телепатию и им удалось найти способ отсканировать все содержимое мозга и перевести его на электронный носитель. Я также знал, что итогом этих исследований оказалась не телепатия, а бессмертие.

Выражаясь простым языком, получилось следующее: только смерть является достаточным шоком, чтобы заставить личность решиться на переход. Тогда она начинает отчаянно желать этого. А если личность незадолго до этого вступила в своего рода контакт с другим сознанием, значит, для нее готово место, куда она могла бы переместиться.

Дальше я из разъяснений ничего не понял. Все остальные, в общем-то, тоже. Какую-то роль играл резонанс: может быть, мозг получателя вибрировал на одной волне с разумом умирающего. Складывалась примерно такая картина, и процесс работал, так что еще нужно?

Я пришел в себя позже, чем Мэк. Контакт был односторонний, его сканировали (это быстро), а у меня создавали отпечаток, что занимает немного больше времени. Когда я очнулся, он пытался что-то выяснить у консультанта.

– Нет, никаких побочных эффектов не наблюдается. Неважно, пьяный вы или трезвый, процесс запущен.

Я об этом даже не подумал: ведь алкоголь мог бы повлиять на точность Контакта.

Задумавшись об алкоголе, я вспомнил, что выпил немало виски, а ведь я уже много месяцев не пил ничего крепче пары бутылок пива. На какое-то время у меня по телу разлилось тепло – отчасти от алкоголя, отчасти от осознания того, что благодаря мне последний одинокий человек больше не одинок.

Потом я начал терять связь с реальностью. Подозреваю, оттого, что Мэк взял с собой недопитую бутылку и настоял на том, чтобы мы выпили за нашу новую дружбу, – или что-то в этом духе. Так или иначе, помню, что он поймал такси, назвал водителю мой адрес, а на следующее утро я обнаружил его спящим у меня на диване в гостевой комнате, а в это время дверной звонок надрывался, как электрическая сирена.

Через какое-то время я выстроил эти факты в ряд. Открыв дверь, я увидел на пороге Мэри, женщину, которая вчера, как выяснилось, удалила Мэка.

Она держалась вежливо, но довольно напористо, чему я в своем утреннем состоянии не мог противостоять. Она решительно вошла, велела мне сесть и придвинула стул для себя.

– Это правда? То, что Мэк сообщил мне по телефону? – спросила она.

Я посмотрел на нее отсутствующим взглядом.