О всех созданиях – мудрых и удивительных

Поглядев на меня с этой высоты, он бодро взмахнул рукой.

– Поехали! Вы все с собой нужное взяли?

В полном недоумении я рассовал по карманам бутылку с микстурой от газов, пробойник с гильзой, пакет с препаратом горечавки желтой и стрихнина. А мозг тупо сверлила мысль, что на холм мне никогда не взобраться.

По ту сторону шоссе в снежном валу был прокопан проход, и мистер Стоукилл направил в него конька, а я кое-как плелся следом, уныло поглядывая на бесконечную белую крутизну впереди. Мистер Стоукилл обернулся.

– Хватайтесь за хвост, – сказал он.

– Простите?

– За хвост хватайтесь.

Как во сне, я сжал жесткие волосы.

– Да не так. Обеими руками, – терпеливо объяснил фермер.

– Вот так?

– Молодец! А теперь держитесь крепче.

Он прищелкнул языком, конек решительно затрусил вперед, а за ним и я.

И все оказалось так просто! Мир проваливался вниз у нас из-под ног, а мы возносились все выше. И, откидываясь, я с наслаждением смотрел, как развертываются извивы узкой долины, и вот уже открылась вторая, поперечная, а за ней белые холмы огромными белыми волнами вздымались к черным тучам.

У сарая фермер спешился.

– Все в порядке, молодой человек?

– Все в порядке, мистер Стоукилл.

Входя следом за ним в сарай, я улыбнулся. Старик как-то сказал мне, что оставил школу в двенадцать лет. Ну а я почти все двадцать четыре года моей жизни провел в учебных заведениях. Но, вспоминая последние часы, я должен был признать, что, конечно, могу похвастать книжной премудростью, однако знаний у него больше.

Кот Буян, носящий мячи

Этот сочельник я встречал в большой компании. Нас расквартировали в «Гранд-отеле», по-викториански массивное здание которого, все в башенках и шпилях, царило над Скарборо, так как воздвигнуты эти великолепные чертоги были на холме. В огромном банкетном зале орали и хохотали несколько сотен будущих летчиков. Суровая дисциплина на несколько часов была смягчена, чтобы не стеснять дух веселого Рождества. Так Рождество мне праздновать не приходилось ни до, ни после, и, казалось бы, оно должно было запомниться мне особенно ярко.

В первый раз я увидел ее однажды осенью, когда приехал посмотреть одну из собак миссис Эйнсворт и с некоторым удивлением заметил на коврике перед камином пушистое черное существо.

– А я и не знал, что у вас есть кошка, – сказал я.

Миссис Эйнсворт улыбнулась.