Продемонстрируй слабость

Едва она приоткрыла глаза, так теперь ей влепили по лбу. Она сглотнула комок обиды и на локтях переползла на полметра в сторону. Удары её воодушевили, отчего она резко встала на ноги. К ней тотчас же подскочил силуэт и, нагнувшись, вмазал ей по коленке.

– Ах, ты ублюдок! – Мейделин не глядя, ударила ногой и кажется, попала в цель. Человек всхлипнул от боли и перестал нападать. Тут то и появилось время его рассмотреть.

Перед ней согнулся мужик лет 40–50 очень неопрятного вида. Судя по всему, он был беспризорным, но совсем не стереотипным бродягой.

Во-первых, у него напрочь отсутствовала борода и вообще любая растительность. Кажется, что он совсем недавно приобрёл целую упаковку станков «Gilette» и брился до одури. На голове у него плотно сидела кепка с логотипом «New York Yankees», а на подтянутый торс он надел мешковатую куртку с кучей дырок и вывалянную в грязи.

Больше всего, Мейделин впечатлила его нижняя часть. Он надел на ноги лёгкие джинсовые шорты поношенного вида, едва закрывавшие его «хозяйство».

А на ступнях виднелись аккуратные эспадрильи, словно только что сошедшие с витрины бутика. Женщина никогда не видела такое количество несоответствий в образе, что даже забыла про боль в своём теле. Тем более она нашла то орудие, которым причиняли ей незабываемые ощущения.

Бомж одной рукой держался за живот, куда получил удар от Мейделин, в другой руке сжимал жестяную табличку. На ней масляной краской была написана фраза: «Я люблю людей».

Это вряд ли. В особенном гуманизме ты не был замечен. Пострадавшая хмыкнула и подняла велосипед, который, кажется, не пострадал от аварии. В переулке или судя по обшарпанным стенам, обилию мусорных баках и отсутствию людей – подворотне, людей не было. Кроме их странной парочки.

Мейделин не спеша отряхнулась от пыли и грязи, на всякий случай проверила велосипед и уже собралась уезжать из этого мрачного места. Как вдруг бомж отдышался, схватил табличку обеими руками и кинулся в атаку.

Занеся «оружие» над головой, он безумно вскрикнул:

– Ты красивая!

Поворот тела и Мейделин увернулась от этого спонтанного нападения. Юродивый пролетел пару метров и остановился, с трудом устояв на ногах. Когда он повернул голову, стало немножко жутко. Он ощерился в улыбке, которая прямо таки сверкала пеньками гнилых зубов, как в антирекламе зубной пасты. Со рта слюна не шла, но зрачки вращались.