О, я от призраков больна

И никто не взглянул на Синтию Ричардсон второй раз; я видела, как после этого она в одиночестве шла домой по кладбищу.

Но как говорить с богиней лицом к лицу? Что надо сказать?

– Я позову Доггера, – сказала я.

– Я займусь этим, мисс Флавия, – сказал Доггер, который уже был рядом.

Не знаю, как он это делает, но Доггер всегда появляется в самый нужный момент, как одна из тех фигурок, что выскакивают из дверцы в швейцарских часах.

И вот он уже идет к «даймлеру», шофер легко скользит перед ним, стремясь добраться первым, чтобы открыть дверь машины.

Доггер победил.

– Мисс Уиверн, – заговорил он, и его голос ясно донесся до меня в холодном воздухе. – От лица полковника де Люса приветствую вас в Букшоу. Это радость для нас. Полковник просил меня передать его сожаления, что он не может приветствовать вас лично.

Филлис Уиверн оперлась на протянутую руку Доггера и выступила из машины.

– Осторожнее, мисс. Сегодня утром довольно скользко.

Я отчетливо видела каждый ее выдох в холодном воздухе, когда она взяла Доггера под руку и поплыла к парадному входу.

Поплыла! Нельзя было назвать это другим словом. Несмотря на скользкую дорогу, Филлис Уиверн плыла ко мне, как привидение.

– Мы ожидали вас не раньше полудня, – говорил Доггер. – Сожалею, что дорожки еще не полностью расчищены и не везде натоплено.

– Не беспокойтесь об этом, мистер…

– Доггер, – подсказал Доггер.

– Мистер Доггер. Я обычная девушка из Голдерс-Грин. Хаживала по снегу и раньше, и, полагаю, мне доведется делать это и впредь.

Ой! – Она захихикала, сделав вид, будто поскользнулась, и уцепилась за его руку.

Я не верила своим глазам, какая же она маленькая, ее голова едва достигала его плеча.

На ней был надет облегающий черный костюм с белой блузкой и черно-желтым шарфом из «Либерти»[5 - «Либерти» – дорогой магазин в Лондоне на Риджентстрит.], и, несмотря на серость дня, ее лицо напоминало цветом сливки на залитой летним солнцем кухне.

– Привет! – сказала она, остановившись передо мной.

 – Я уже видела это лицо. Ты Флавия де Люс, если не ошибаюсь. Я надеялась, что ты здесь.

У меня остановилось дыхание, но мне было наплевать.

– Твоя фотография была в «Дейли миррор». Это ужасное происшествие со Стонепенни или Бонепенни, или как там его звали.

– Бонепенни, – сказала я. – Гораций Бонепенни.

Я оказала помощь полиции в этом деле, когда они зашли в абсолютный тупик.

– Точно! – Она схватила меня за руку, будто мы сестры. – Бонепенни.