О, я от призраков больна

О, я от призраков больна

Алан Брэдли

Загадки Флавии де Люс #4

Есть такие места, с виду тихие и сонные, но постоянно словно по волшебству притягивающие всяческие неприятности и происшествия. Старинное английское поместье Букшоу, где обитает нелюдимый полковник де Люс с тремя дочерьми, – как раз такое. И главный магнит для неприятностей – это младшая дочь, одиннадцатилетняя умница Флавия де Люс, любительница чужих дел, химии и дедукции.

Хотя в этот раз она не при чем!

Полковник де Люс, пытаясь свести концы с концами, отдает Букшоу в аренду для съемок кинофильма.

В главной роли – не просто звезда, а легенда, любимица публики Филлис Уиверн. Однако не проходит и двух суток со дня прибытия съемочной группы, как пронырливая Флавия находит труп мисс Уиверн…

Подозреваемые – несколько десятков людей, которых снегопад запер этой ночью в Букшоу. И пока неповоротливые полицейские берут отпечатки пальцев и методично ведут допросы, Флавия де Люс проникнет в сокровенные тайны кинозвезды и найдет убийцу, параллельно планируя акцию по захвату Деда Мороза, готовя самый масштабный фейерверк в истории Бук-шоу и обнаруживая новые скелеты в прошлом своей эксцентричной семейки.

Алан Брэдли

О, я от призраков больна

© 2011 by Alan Bradley

© Измайлова Е., перевод, 2012

© ООО «Издательство Астрель»

* * *

Посвящается Ширли

Проскачет рыцарь на коне,

Её не видит он во сне,

Волшебницу Шалот.

Но всё растёт узор немой,

И часто, в тихий час ночной,

За колесницей гробовой

Толпа тянулась в Камелот.

Когда же, лунных снов полна,

Чета влюблённых шла, нежна,

«О, я от призраков – больна!» –

Печалилась Шалот.

    Альфред Теннисон

    «Волшебница Шалот»[1 - Перевод К. Бальмонта (здесь и далее – прим. переводчика).]

1

Завитки сырого тумана поднимались надо льдом, будто агонизирующие души, покидающие тела. В холодном воздухе парила полупрозрачная волнообразная дымка.

Я носилась взад-вперед по длинной галерее, и серебряные лезвия моих коньков издавали печальный скрип, как будто нож мясника энергично точили о камень.

Под поверхностью льда был четко виден затейливый узор паркета, хотя цвета несколько потускнели из-за дифракции.

Над головой огоньки двенадцати дюжин свечей, которые я стянула из кладовой дворецкого и воткнула в старинные канделябры, сумасшедше подергивались от потока воздуха, создаваемого моим стремительным движением. Я носилась по комнате – взад-вперед, туда-сюда.