Обещание сердца

– Разве часы посещений не закончились?

– Не для меня.

– Могу представить, что случится, если тебя попытаются выставить отсюда. – Ной выдавил улыбку.

– До этого не дойдет. Двигайся, ты занимаешь всю кровать.

Я устроилась рядом и закинула на него поверх одеяла обтянутую джинсами ногу. Потом мы легли лицом к лицу, сплетя пальцы и прижимаясь друг к другу, насколько позволяла узкая койка.

– Шарлотта, ты дрожишь.

– Здесь холодно. Ты заметил, что в больницах всегда царит холод?

Он слегка покачал лежащей на подушке головой.

– Прости, детка. Я не хотел тебя пугать. Именно поэтому ничего не говорил. Или, может, так я боролся с собственным страхом. Не желал признавать, насколько все плохо, чтобы это не стало реальностью, – сухо и мрачно усмехнулся он. – И похоже, был прав. Теперь все кажется чертовски настоящим.

Ной крепко зажмурился, словно боролся с головной болью от очередной мигрени. Он не спешил рассказывать о них, однако за последние месяцы их было слишком много – не сосчитать. Вполне достаточно, чтобы встревоженные врачи назначили на сегодня уйму исследований: компьютерную томографию, магнитно-резонансную томографию и даже рентген – «просто на всякий случай», – а еще так много анализов крови, что удивительно, как из него не выкачали все до последней капли.

Все близкие Ноя опасались, что результаты окажутся плохими, и этот страх еще крепче связывал нас вместе. Не дай бог, снова потребуется операция или, может, еще одна трепанация черепа. Лишь от одной мысли об этом бросало в дрожь.

А ведь это еще не самое страшное. В конце концов, существовали гораздо худшие диагнозы. Аневризма. Поражение головного мозга. Опухоль. И над всем этим нависал ужасный призрак, о котором страшно было даже думать – коварный жадный вор, столь много крадущий у мира и никогда полностью не удовлетворенный.

– Ты не виноват, что испугался, Ной, – проговорила я. – Никто не станет тебя осуждать.

– Ну да. И все же следовало сказать раньше. Просто я не хотел сюда возвращаться. Мне и так хватило.

– Знаю. – Я прижалась губами к его пальцам. – Но в этот раз все иначе. С тобой все будет хорошо.

Он кивнул, хотя мы оба знали, что мои слова – всего лишь ободряющее пожелание.

– У меня хорошие новости, – радостно сообщила я. – Юрий прислал с курьером отпечатанную рукопись твоей книги. Так что ты сможешь взять ее в руки и почувствовать тяжесть.

– Она ведь еще даже не закончена, – нахмурился Ной.

– Думаю, так он пытается тебя подбодрить.