Обмануть герцога

Она посмотрела на маленький садик у дома, на улицу, что вела к кафедральному собору и оттуда к площади. Сейчас в Санта-Лючии было тихо, лавки закрылись на время сиесты, городок, разомлевший от жаркого солнца, окутала дремота.

Отец сидел в тени миндального дерева вместе с леди Рашворт и Кори, они читали какую-то книгу.

Клио подумала, что и ей неплохо было бы вздремнуть, может быть, во сне ей удастся избавиться от мыслей об Авертоне. Однако она отмела эту мысль. Дневной отдых всегда был для нее мучением, ее тревожили странные сны.

Наверняка ей опять приснится он, и Клио не хотела видеть того, что могло случиться потом. Но и читать ей тоже не хотелось, она слишком устала, мысли путались.

В дверь библиотеки постучали, и Клио обернулась:

– Входите!

Дверь открылась, и в библиотеку вошла Талия. Она сменила облачение Антигоны на модное бело-голубое муслиновое платье и голубой жакет. В руке она держала соломенную шляпку, украшенную алыми лентами. Такие же ленты были вплетены в золотистые волосы Талии.

Со своими большими голубыми глазами и нежной кожей Талия выглядела как фарфоровая пастушка. Ангельская красота. Многих мужчин вводил в заблуждение этот невинный облик, и как же они пугались, обнаружив за красивым фасадом женщину-воительницу. Талия часто заявляла, что слишком занята, чтобы выходить замуж, и Клио склонна была верить ей. Где она найдет себе подходящую пару, мужчину, обладающего властью и хитростью Зевса, золотыми локонами Аполлона, силой Геркулеса?

Талия вечно носилась с какими-то «проектами», всегда интересными, но порой чересчур утомительными.

Впрочем, сегодня Клио была рада такой компании.

– Ты работаешь? – спросила Талия.

Она подошла к столу и с любопытством оглядела лежавшие на нем книги и стопки бумаги.

– Работала, – ответила Клио. Она присела на подоконник и смотрела, как сестра берет со стола один листок за другим. – Не могу сосредоточиться.

– Я тоже. Думаю, это из-за жары. Роза говорит, скоро лето и солнце будет просто невыносимым.

– Надеюсь, нет. Мне нужно закончить раскопки в погребе.

– А мне нужно поставить мою пьесу. Если будет слишком жарко, никто не захочет сидеть на этих каменных сиденьях и смотреть постановку.

– Ну разве что толпа твоих юных поклонников из города! Они, кажется, могли бы смотреть на тебя часами. Ты же знаешь, они от тебя без ума.

Талия равнодушно махнула рукой и бросила книгу, которую держала в руке, на стол.