Обрученная

Задрав подолы так высоко, как только можно, они пытались защитить множественные юбки от грязи и экскрементов, а также от крыс, которые, к большому удивлению Кейтлин, запросто разгуливали по улицам.

Каково бы ни было первое впечатление, Лондон 16 века был уникальным местом или, по крайней мере, очень тихим и спокойным. Кейтлин казалось, что она попала в деревню, лишённую шума и беготни 21 века: вокруг не было проносящихся с рёвом машин, не слышался шум многочисленных строек, никаких клаксонов, автобусов, грузовиков и техники.

Даже звуки проходящих мимо лошадей звучали приглушённо, потому что их копыта глубоко оседали в грязи. В сущности, единственный звук, который доносился до ушей Кейтлин, помимо криков уличных торговцев, был звук церковных колоколов. Этот звук раздавался со всех сторон и громом раскатывался по всему городу. Лондон был городом церквей.

Как ни парадоксально это выглядело, но единственными зданиями, хоть как-то намекающими на будущую застройку, были именно старинные церкви, возвышающиеся над всем остальным городом и пронизывающие шпилями небосвод.

Более того, Вестминстерское аббатство, из которого они только что вышли, было самым высоким зданием в округе. Его высокий шпиль был центром города.

Кейтлин посмотрела на Калеба. Он удивлённо осматривался. Протянув руку, она с радостью почувствовала прикосновение его руки. Знать, что Калеб рядом – что может быть лучше?

Он повернулся и взглянул на Кейтлин. В глазах его читалась любовь.

«Что ж, – сказал он, прокашлявшись, – мало похоже на Париж 18 века».

Кейтлин улыбнулась: «Это точно».

«Но мы вместе, и это – самое главное», – добавил он.

Когда их взгляды встретились, и Кейтлин посмотрела в его влюблённые глаза, то на секунду совсем забыла об их миссии.

«Я сожалею о том, что произошло в Париже, – сказал Калеб. – Прости меня за Сэру. Я не желал причинять тебе боль. Надеюсь, что ты это понимаешь».

Кейтлин взглянула на серьёзное лицо Калеба. К собственному удивлению, она осознала, что простить Калеба было не так просто.

Обида глубоко запала в душу Кейтлин, но сейчас она была сильнее, чем когда-либо и была способна всё отпустить и забыть. Особенно, если учитывать тот факт, что Калеб вернулся ради неё в прошлое и то, что он не испытывал совершенно никаких чувств к Сэре.

Более того, сейчас Кейтлин понимала, что и сама была во многом неправа: она была слишком скора на выводы, отказывалась полностью довериться Калебу и часто лишала его личного пространства.