Огненная идиллия

– Какой у нас график? – Она вернула их разговор в безопасную зону и скользнула по Габриелю спокойным взглядом серых глаз.

Они оба находились на борту его частного самолета. Эбби дважды летала на этом самолете, но все равно нервничала. Обстановка была очень интимной. Никаких шумных пассажиров по соседству, требующих напитки у стюардов; никаких объявлений о том, над какими странами они пролетают; никаких воплей недовольных малышей. Во время предыдущих двух полетов ее и Габриеля отвлекали только несколько сотрудников, которые работали над сделкой.

Он посмотрел на нее с усмешкой.

Она поспешно отвела глаза, чтобы не захлебнуться его всепоглощающей мужской привлекательностью. Он растянулся на кожаном сиденье, сцепил пальцы в замок и положил их себе на колени. Его темные, короткие волосы были зачесаны ото лба, открывая взору острые и худощавые черты его лица.

– Ну, я должен признать, что все изменилось, благодаря победе Люси.

Габриель разговаривал с Люси, и Эбби была в курсе причин, по которым его бывшая невеста вернула ему помолвочное кольцо.

– Ты постоянно в отъезде, Габи, – говорила она.

– Мне надо заниматься бизнесом, – объяснил он. – Ты знаешь, какова работа бизнесмена. Твой отец часто уезжает за границу.

– И вот поэтому я не хочу для себя такой жизни, – призналась она, широко раскрыв глаза. – Папа был в постоянных командировках, и я не желаю, чтобы мои дети росли без отца. Я хочу, чтобы у них был папа, который рядом с ними, а не на другом конце света.

Кроме того, какой смысл выходить замуж, если я буду так редко видеться со своим мужем? Габи, мы с тобой вместе семь месяцев, но у меня ощущение, что я должна назначать с тобой встречу через секретаря.

Поскольку Габриель не мог спорить с ее доводами, он вежливо молчал. Люси решила его доконать. Она заставила его почувствовать себя столетним стариком, измученным и циничным, хотя на самом деле он иногда вел себя именно так и этого не изменить. Он поспешил жениться, решив, что поступает правильно, но ошибся.

– Ваша бабушка, должно быть, разочарована, – с сочувствием произнесла Эбби, и Габриель посмотрел на нее, наклонив голову набок, и грустно улыбнулся.

– Я до сих пор ни о чем ей не сказал, – признался он, и Эбби открыла рот от удивления.

– Почему?

– Я решил, что надо это сделать при личной встрече. У нее слабое здоровье. Чем меньше она с тоской размышляет о своем внуке, который не женится, тем лучше.