Роза севера. Избранники Армагеддона III

Варламов вздохнул и повернулся к стулу, куда бросил мятую одежду. Удивительно – брюки и рубашка были выглажены, а вместо грубой морской куртки висела кожаная. Снабдили даже новым бельем в пакете, как в тот памятный первый вечер на американской территории Ил-Оу. С приятным чувством свежести Варламов спустился в ресторан, а точнее столовую самообслуживания. Еда была вкусная и казалась более натуральной, чем в Канаде. Потом вышел на улицу в теплые сумерки, мимо проезжало много машин. Капитан Петров подъехал не на военном джипе, а в «Тойоте».

– Выходит, вы с китайцами торгуете? – спросил Варламов, садясь.

– Куда мы денемся? – пожал плечами Петров.

Вскоре подъехали к довольно приятному зданию с колоннами у входа и портиками вдоль третьего этажа.

– Памятник сталинской архитектуры, – сказал капитан. – Своего рода символ эпохи.

В холле стояли двое в серо-стальной форме. Варламов заметил у обоих такие же значки, как у Петрова, вряд ли простые охранники.

– Координатор вас сейчас примет, – сказал один Варламову.

 – А вы, капитан, можете ехать. Мы доставим нашего гостя обратно в гостиницу

Раздвинулись двери лифта, охранник сделал приглашающий жест, Варламов вошел, и лифт тронулся… неожиданно вниз. Похоже, опустились на несколько этажей. Когда вышел, то оказался в приемной. Девушка за компьютером улыбнулась ему и кнопкой открыла дверь в кабинет.

Довольно сумрачный, с книжными полками вдоль стен. Взгляд Варламова задержался на картине над большим столом. На фоне горного пейзажа (похоже на картины Рериха) сидел человек, положив руку на штурвал управления каким-то летательным аппаратом.

Темное одеяние, суровое лицо, глубоко посаженные глаза…

– Это первый Координатор Братства, – услышал Варламов. – Конечно, портрет несколько идеализирован.

Из-за стола поднялся человек высокого роста, с бритой головой и тяжелым подбородком. Глаза чуть насмешливые.

– Здравствуйте, Евгений Павлович. Я Александр Владимирович Гуров, нынешний Координатор. Садитесь.

Варламов слышал о Русском Братстве еще в Карельской автономии.

После войны оно не дало России погрузиться в хаос, наводя порядок железной рукой, порою вешая вороватых чиновников перед их резиденциями. Сейчас оно контролировало большую часть Российского союза, кроме Московской автономии, где остался прежний президент. Братство не вмешивалось в управление, скорее осуществляя общий контроль. Варламов заметил на пиджаке Координатора такой же значок, как у капитана Петрова – наверное, символ Братства.