Одна из нас мертва

– Мне сказала Оливия.

– Ну конечно. – Я закатила глаза. – Вообще-то, я тогда была здорово пьяна, так что помню произошедшее смутно, но я точно могу сказать, что Оливия настоящая стерва.

Карен рассмеялась:

– Она сказала, что ты грубо вела себя с Кристал и она просто защищала ее.

– Мы все знаем, что Оливия никогда не защищает никого, кроме самой себя.

Она кивнула.

– Но вела ли я себя грубо с женщиной, которая украла у меня мужа? Да, черт возьми. И она это вполне заслужила. – Я вздернула подбородок.

Карен вздохнула:

– Неужели ты злишься на нее? Ведь во всем виноват Брайс, это он поступил с тобой по-свински.

– Я все еще люблю Брайса, – призналась я.

Карен покачала головой:

– Ничего ты его не любишь.

– Люблю, и он тоже любит меня. – Я отпила большой глоток мартини.

– Нет, ты не любишь его, и он однозначно не любит тебя. Если бы он любил тебя, то не сделал бы того, что сделал. Это не любовь. – Для пущей убедительности она плотно сжала губы.

Я выпрямилась:

– Он просто запутался.

– Нет, он просто говнюк. – Карен сжала мою руку и посмотрела мне прямо в глаза. – И ты можешь найти себе мужчину намного лучше его.

Я уставилась на ее руку, пытаясь решить, хочу я оттолкнуть ее или нет. Но ее пожатие успокаивало меня, давало мне какое-никакое чувство уверенности, хотя до этого я и не понимала, что оно мне необходимо.

– Но я не хочу искать мужчину лучше его. Я хочу вернуть Брайса.

Карен потерла мою руку:

– Я уверена, что это у тебя скоро пройдет.

У меня отвисла челюсть.

– В самом деле? Никогда?

– Никогда.

Я отвела взгляд. Как она могла питать антипатию к моему мужу так, что я об этом даже не подозревала? Все эти совместные ужины, мероприятия и даже отпуска, которые мы проводили вместе в последние десять лет… Да, Карен хорошо умеет притворяться. Если все эти годы она притворялась, что Брайс нравится ей, то что еще в ее поведении могло быть притворством? Я сделала долгий глоток моего мартини, затем опять переключила внимание на нее.

– Что бы ты там ни говорила, я все равно попытаюсь спасти наш брак.

Карен вынула из своего опустевшего бокала шпажку с оливками и отправила их себе в рот.

– Что ж, в конечном итоге это тебе решать. Но если это может тебя утешить, вероятно, скоро я тоже вступлю в твой клуб.

– В какой клуб? – Я склонила голову набок.

– В клуб бывших жен.