Озомена

А потом пришли папины братья и забрали остальное наше имущество – именно после этого мама и впала в спячку.

Перед тем как спуститься вниз, Мерси плаксиво высморкалась и умыла лицо – не хотела, чтобы дядюшка Джо видел ее такой и рассказал все ее отцу. Ибо какой ребенок не станет радоваться, возвращаясь к собственным родителям? Вот я, например, не плачу, слезами горю не поможешь.

Мясник вежливо кашлянул.

– Так вам заворачивать товар или нет?

Вот он кладет требуху в грязный и склизкий целлофановый пакет.

Я прошу для надежности добавить еще один, но он требует за это дополнительные деньги. Я отказываюсь, беру пакет и ухожу.

Кто-то толкает меня в спину, и я падаю.

– Ой, простите!

Передо мной – стайка мальчишек в рваных шортах и майках. У того, что врезался в меня, еще и короткая жилетка. Предплечья его худые, но крепкие, как у деревенского. Он помогает мне подняться, а ребята становятся в круг и как бы отряхивают меня от пыли, шерсти животных и осколков костей, которые обычно летят во все стороны, когда мясники рубят мясо.

Я пытаюсь отбиться от вездесущих рук мальчишек.

– А ну отвалите! – кричу я. Они разлетаются, словно саранча, что хорошо поживилась на чем-то. Крепко держа в руке пакет, я иду дальше к продуктовым рядам. На прилавках лежат горки гарри, то есть клубней кассавы[29 - Гарри, касса?ва – африканские названия растения маниок съедобный.], мешочки и тазы с измельченной кукурузой, с нежной мукой из маниоки, из которой обычно варят кашу нни ока[30 - Нни ока (Nni oka) – каша из кассавы.

]. А еще тут есть стручки окры[31 - Окра – однолетнее растение, дающее интересные плоды: удлиненные ребристые стручки длиной с палец, наполненные мелкими семечками, напоминающими зеленый горошек.], полно всякой зелени и ребристых тыкв угу. Я выбираю самую доброжелательную продавщицу, из тех, что всегда положит добавки.

Она уже упаковала мне в пакет немного гарри, я лезу в карман за деньгами, но вместо них – одна дырка. Женщина смотрит на меня с прищуром, словно я обманщица какая-то.

Горло спирает, в голову ударяет кровь.

– Девочка, ты будешь покупать или нет? – спрашивает продавщица, а мне даже сказать нечего. Она забирает у меня пакет и высыпает гарри обратно в таз, так что образуется высокая горка.

По моей щеке скатывается слеза. Нет, мне вовсе не хочется плакать, просто нужно отыскать деньги, но я все равно плачу.

– Ха! Тебе лучше уйти и не портить мне торговлю.