Оппортунистка

– Она очень переживает из-за всей этой ситуации, но доказала, что на нее в таких обстоятельствах можно положиться.

Он отводит взгляд, когда говорит «в таких обстоятельствах». Как будто хоть какая-то девушка в здравом уме позволила бы ему уйти – кроме меня, конечно, но я никогда и не утверждала, что я в здравом уме.

– Не хочешь выпить кофе? – спрашивает он вдруг. – Я бы рассказал свою печальную историю.

Мои ноги – а затем и все тело – начинает покалывать. Если бы он помнил обо мне хоть что-нибудь, он бы не приглашал меня.

– Я не могу.

Я так горжусь собой, что расправляю плечи. Он принимает мой ответ так же, как принимал прочие мои отказы за годы наших отношений – улыбается, как будто я не всерьез.

– Конечно, можешь. Считай, что я прошу об одолжении.

Я наклоняю голову. Он продолжает:

– Мне нужны друзья и хорошее влияние.

Мой рот открывается, и я издаю долгое «пф-ф-ф-ф-ф». Калеб поднимает бровь.

– Я влияю на людей исключительно плохо, – говорю я, быстро моргая.

Я переступаю с ноги на ногу, пытаясь отвлечь себя бутылкой вишневого ликера. Можно схватить бутылку, бросить ему в голову и сбежать – или я могу пойти выпить с ним кофе. В конце концов, это только кофе. Не секс, не отношения, просто дружеское общение между двумя людьми, которые вроде как не знают друг друга.

– Ладно, пусть будет кофе.

Слыша неподдельную радость в собственном голосе, я мысленно морщусь. Я.

– Хорошо, – улыбается он.

– В двух кварталах отсюда есть кофейня на углу. Можем встретиться там через полчаса, – говорю я, подсчитывая время, чтобы дойти до дома и привести себя в порядок.

«Скажи, что не можешь, – мысленно умоляю его я. – Скажи, что у тебя есть другие дела…»

– Через полчаса, – повторяет он, глядя на мои губы.

Я поджимаю их для большего эффекта, и Калеб наклоняет голову, пряча улыбку. Я разворачиваюсь и спокойно иду дальше по отделу.

Оказавшись вне его поля зрения, я тут же бросаю свою тележку и галопом мчусь к выходу из магазина. Шлепанцы хлопают о пятки на бегу.

Я достигаю дома в рекордное время. Моя соседка Роузбад стучит в мою дверь с луковицей в руке. Если она поймает меня, то втянет в двухчасовую одностороннюю беседу о своем Берти и о мучениях с подагрой. Я прячусь в кустах.