Орден Скорпионов

Я даже не знаю, подходят ли слова «серебристый» или «блонд», чтобы описать эти лунные пряди, не совсем белые, не совсем светло-серые, со слабым оттенком светло-голубого – все эти цвета играли в моих волосах, стоило лишь взглянуть под другим углом. Цвет, для которого у меня не находилось слов… хотя с моими проблемами с памятью это не так уж и удивительно.

– Заковать ее. – Внезапный приказ фейри заставляет меня отбросить все мысли, и я испуганно смотрю на него.

Он смотрит на меня, на его лице нет никаких эмоций, и орки тут же бросают меня у перевернутого U-образного крепления и приковывают меня к нему.

Металл наручников – не чистое железо, оно не жжется, но его достаточно, чтобы я моментально почувствовала, как силы меня покидают. Гат резко дергает за длинную цепь, прикрепленную к моим запястьям, и я падаю на колени, не в силах сопротивляться жестокости орка и действию металла наручников.

Я ободрала колени о неровный пол, и Эорн пальцем собрал капли крови, окропившие камень. Прежде чем отойти от меня, он сунул палец в рот.

Фейри вновь откидывается на стул, теперь все его внимание обращено к оркам.

– Были проблемы? – прямо спрашивает он. Вопрос простой, но в нем чувствуется напряжение.

– Нет, Дорсин, похоже, они хотели, чтобы ее забрали, – шутит Эорн.

– Да, было слишком просто, – соглашается Гат и хохочет.

Их слова не оказывают на Дорсина успокаивающего воздействия – напротив, слова орков еще больше его беспокоят. Однако, когда он продолжает, голос его ровный:

– И почему вы не привели ее прямо ко мне? – Он сузил глаза на орков.

– Ты сказал, что нас никто не должен видеть, – раздраженно проворчал Гат. – Тиллео проводил занятия, когда мы вернулись. Нам пришлось спрятать ее, пока он не закончит. Мы подумали, что ты не захочешь, чтобы твой помощник узнал, что мы делаем и что мы собираемся на этом заработать.

В голосе Гата слышится вызов, но Дорсин ничего не говорит, снова поднимаясь с места. На этот раз он направляется к длинному зеленому антикварному буфету, поверхность которого украшают бокалы и множество хрустальных графинов с ликерами.

Фейри взял три бокала и вытащил пробку из высокого сверкающего графина, и тело тут же напомнило мне, что меня мучает жажда. В бокалы полилась темная жидкость малинового цвета, и от этого зрелища у меня заныли зубы. Странная реакция – но я многого о себе не помню, чтобы знать наверняка.

Дорсин возвращает пробку на место, и на мгновение мне кажется, что в графине кровь.