Остров наслаждений

Он до конца вечера будет без рубашки? Она сможет это вынести?

Милли прочистила горло. Звук показался ей таким же громким, как выстрел. Чейз повернулся к ней и улыбнулся. Он знал, о чем она думала. Знал, что ее тянет к нему и что ей самой это не нравится.

Прошло два года. Пора бы уже все забыть и двигаться дальше, так?

Она покачала головой. Ужин с таким мужчиной, как Чейз, будет шагом назад. Он был слишком похож на Роба. Даже больше. Он был похож на человека, которым Роб всегда стремился стать: властного, богатого, представительного.

Как раз это ей сейчас не нужно.

– Притормози, Милли.

Она подняла глаза и вновь увидела его ленивую ухмылку.

– Что?

– Я практически могу слышать, как вращаются шестеренки в твоей голове.

– Это просто ужин, – попыталась оправдаться она.

Чейз промолчал, но его улыбка стала шире.

Это не просто ужин… Но что?

– Вот мы и на месте, – услышала Милли.

Двери лифта скользнули в стороны, и Чейз вышел.

Они миновали коридор и оказались на террасе.

Частной террасе, где не было никакого обслуживающего персонала. Они были абсолютно одни.

Милли не чувствовала себя уязвимой. Она была в ужасе. Что она здесь делает? Зачем согласилась на ужин с этим раздражающим человеком?

Она приблизилась к кованым перилам и дотронулась до металла, все еще теплого от утопающего в море солнце. Яркий закат уступил место сумеречным тонам, а морская гладь превратилась в темное зеркало.

– Мы пропустили самую красивую часть заката, – прошептал Чейз, подходя к ней.

– Думаешь? – спросила Милли, не отрываясь от темнеющего с каждой секундой неба. – Мне больше нравится эта часть.

Чейз склонил голову набок, и она почувствовала на себе его взгляд.

– Я даже не сомневался, – ответил он и заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо.

Милли почувствовала, как электрический ток пробежал по всему ее телу от головы до пяток, уши и щеки покраснели. Интересно, он заметил?

– Всем, естественно, нравятся яркие краски заката, – пробормотала Милли, пытаясь сохранять спокойный голос.

 – Все эти оттенки пурпурного и оранжевого – красиво, но безвкусно, как яркий макияж на пожилой даме.

– Я соглашусь, что тот момент, когда солнце уже село, – более в твоем стиле. Элегантно и утонченно.

– А тебе что больше нравится? Секунды до или после?

Чейз молчал, и Милли чувствовала, как тяжелеет и давит воздух вокруг. Она не могла дышать.

– До, – наконец ответил он. – Когда предвкушаешь.

Они говорили уже не о закате.