Остров Чаек

 – Хатин отвернулась и, сухо сглотнув, украдкой глянула в сторону бухты. Нет, за веревку никто не держался. Эйвен промахнулась. У нее не выйдет подтянуться, подслушать, что шепчет Прокс, и сообщить об этом Хатин.

Всюду на берегу стояли, играя желваками, хитроплеты. Параллельно течению беззаботно бежали несколько сельчан, а исчезнув в Обманном Лабиринте, они побежали только быстрее. Хатин ясно прочла знаки. Эйвен не просто не ухватилась за веревку – ее унесло течением. Сельчане проберутся через Лабиринт к кромке воды и станут смотреть, где она попробует вырваться наружу.

Хотя ноги ее не слушались, Хатин заставляла себя идти к пещере. Когда она карабкалась по веревочной лестнице, тело ее наполнилось теплом, в котором она не сразу распознала гнев. Почему Арилоу не та, кем должна быть? Почему вся деревня должна страдать из-за этого тщательно скрываемого вранья? Все это делалось ради Арилоу, ради спасения лжи, окружавшей ее, точно нимб. Внезапно Хатин ощутила, что просто не сумеет отдернуть полог и увидеть, как невозмутимая Арилоу сидит на мягчайшей циновке, погруженная в себя, и водит языком по губам в поисках меда…

Хатин снова сухо сглотнула и отдернула полог.

На циновке никого не было, как и в смежных пещерах. Арилоу дома не оказалось.

Она не бродила бесцельно по пляжу, не сидела под солнышком на своем камне в форме сердца. «О нет, прости, мне так жаль, Арилоу, так жаль…» Внезапно со стороны камней у кромки моря донесся резкий крик, который чуть не потонул в стальной россыпи воплей чаек.

Хатин бросилась на голос, с ужасом воображая, как там, на камнях, выброшенная волной, лежит в крови Эйвен или Арилоу.

Протиснувшись в неровную трещину, Хатин застала странную игру в перетягивание живого каната. У воды стояла Арилоу. За одну руку ее держала Уиш. Ее лицо, лишенное улыбки, внушало ужас. За другую – Лоан; пригнувшись, он будто готовился прыгнуть на мать. Арилоу словно не замечала, как вихрится у нее под ногами вода, и что позади – скользкий склон, ведущий на глубину.

– Несчастный случай спасет нас! – яростно прошептала Уиш.

 – Если она поскользнется на камнях, то необходимость проходить проверку отпадет сама собой.

– Отпусти ее, – необычно низким голосом и очень тихо проговорил Лоан. – И возвращайся на пляж. – Тон его был угрожающе спокойным. Уиш отпустила Арилоу и удивленно воззрилась на собственные руки. Она побрела прочь, словно не замечая, как на лицо ей упал конец тюрбана.

– О произошедшем – никому ни слова! – прошептал Лоан.